Пакс смеется, положив руку поверх моих, останавливая мои неистовые рывки.

— Спокойно. Мне нравится эта рубашка. Ты сейчас оторвешь пуговицы.

— Слишком много слов. Мало обнаженки.

Пакс снова смеется, веселый, чудесный звук освещает меня, как сигнальная ракета, одновременно быстро расстегивая свои драгоценные пуговицы.

— Черт, — шепчу я. У меня голова идет кругом при виде него — набитые глыбы мышц, отмеченные кружащимися, замысловатыми полосами чернил. Сложные узоры, покрывающие его грудные мышцы и пресс, текут, как красивая река все ниже и ниже, изгибаясь над бедрами, спускаясь прямо к вырезу v-образной формы, опускаясь ниже пояса джинсов.

Пресвятая богородица.

Низкий животный рык поднимается из горла Пакса; я снова смотрю на него, и его глаза потемнели до цвета расплавленной стали.

— Ты должна быть осторожна, глядя на меня вот так. У меня не будет другого выбора, кроме как наказать тебя за твою дерзость… и не думаю, что ты сможешь выдержать такой уровень внимания.

— Ты удивишься, — бормочу я. — Я приму все, что ты сможешь дать.

Его губы изгибаются, убийственно многозначительная улыбка расползается, как грех, по его красивому лицу. Следующее, что я помню, его руки скользят подо мной, поднимая меня с кровати, и парень садится, усаживая меня к себе на колени. Мои ноги все еще обвиты вокруг его талии, его член все еще упирается в меня — теперь еще тверже, твердый, как армированная сталь, и это ощущается так…

Руки Пакс сжимаются на моих бедрах, удерживая меня на месте.

— Не-а, непослушная девчонка. Оставайся на месте. Ты не можешь тереться об меня, пока я не скажу. — Блеск в его глазах становится только более злым, когда я издаю разочарованный стон. — Все в порядке. — Он убирает мои волосы с лица. — Если будешь хорошо себя вести, я дам тебе то, что тебе нужно. Открой рот.

Я повинуюсь ему, предвкушение скручивается у меня внутри. Когда он просовывает свой большой палец мне в рот, я без лишних слов обхватываю его губами, обводя языком, нежно задевая зубами подушечку.

Пакс шипит, одаривая меня широкой улыбкой с открытым ртом.

— Ты хочешь, чтобы мой член был у тебя во рту, Файер? — Я киваю, посасывая достаточно сильно, чтобы показать ему, как это будет приятно, если он позволит этому случиться. — Господи. Ах, черт. — Он вытаскивает большой палец из моего рта с хлопком, а затем проводит подушечкой по моим губам, смачивая их.

Не совсем удовлетворенный, он проводит по моей верхней губе самым кончиком языка, смачивая ее сильнее. Тем временем его руки тянутся к подолу черного вечернего платья, которое я надела на выпускной. Пакс срывает эту штуку на одном дыхании, мурлыкая, когда мои сиськи высвобождаются, но замолкает, становясь очень неподвижным, когда смотрит вниз на мое тело.