Этого не происходит.
Этого просто не может быть.
Это Пакс.
Это его руки обхватывают и мнут мою обнаженную грудь.
Его язык оставляет горячий след на изгибе моей шеи.
И его чрезвычайно твердый член, скользит по гладкости между моих бедер, головокружительно трется о мой клитор, оказывая идеальное давление, это так, так приятно…
Я стону, когда парень прижимается ко мне, позволяя моей голове откинуться на шершавый ствол дерева.
Это Пакс. В любую секунду он будет внутри меня. Меня будет трахать единственный парень, которого я когда-либо любила. Пакс издает сдавленный, болезненный рык, прижимаясь ко мне бедрами снова, снова, снова, головка его эрекции трется в опасной близости ко входу в мою киску, и я издаю стон — отчасти от страха, отчасти от предвкушения.
Однако парень отступает. Отстраняется и качается вперед снова и снова, повторяя движение, трется об меня, зубами впивается в кожу моей ключицы, и я не могу дышать. Я задыхаюсь и тяжело дышу, глотая ночной воздух. Как люди это делают? Как они переваривают все эти эмоции? Ощущения? Это…
Пакс скользит рукой между нашими телами и находит мой клитор, перекатывая скользкий, набухший комок нервов маленькими, идеальными кругами.
— Черт возьми. Ты такая мокрая, — стонет он. — Ты будешь чертовски феноменально чувствоваться на моем члене.