С этими словами отец бросает на пушистый ковер мой костюм для выступления — тщательно припрятанный ранее. Отец и его близкое окружение поддерживают только одно направление танцев — традиционные! А как же другие? Я тайком от всех хожу на чувственные латинские танцы, и этот костюм я долго-долго выбирала. Он яркий, откровенный и зажигательный, как танец, который я и мой партнер готовим для финального выступления в конкурсе.

— Не говори, что это не так! Тщательно припрятанный костюм подтвердил, что ты занимаешься грязными танцами… Как… Как потаскушка! А дальше? Стриптиз? Проституция?! — кричит отец.

— Папа, это всего лишь… Всего лишь танцы! Мы живем в цивилизованном городе, у всех есть хобби. Мое хобби — это танцы.

— Да, мы живем вдалеке от родины и здесь, кажется, слишком много соблазнов для семьи, которая придерживается истинных традиционных ценностей, — добавляет отец. — С этого дня для тебя все изменится. Во-первых, ты больше не невеста Фархата Кушаева. В жены их сыну не годится девица, чьи прелести видели и трогали черт знает какое количество других мужчин. Прилюдно!

— Это не так!

— Я все видел. Видел, как ты танцуешь, и как другой мужчина, который не является твоим женихом, лапает тебя за все срамные места и нагибает так, как простят небеса, и шлюх не нагибают! А вот это что такое… — делает неловкий взмах, дополняя словами. — Нога на плече партнера… Ноги! Белье… напоказ! СТЫДОБА! Ооо… Я был готов тебя придушить!

Кажется, говорить с ним бесполезно!

Я приваливаюсь спиной к дверному косяку, лишенная всяких сел. Тело сотрясает мелкий озноб. Холодный пот по вискам стекает. Даже ладошки потеют. Сердце гулко-гулко грохочет в груди.

Фархат знал, что я занимаюсь такими танцами. Ему нравилось смотреть, как я танцую. Он часто просил танцевать для него — самые острые и провокационные моменты. Ему нравилось трогать меня в такие моменты.

Мы не заходили дальше откровенных ласк, но были близки к тому, чтобы перешагнуть эту гранью. С нетерпением ждали нашей свадьбы.

Я считала, что нам крупно повезло… Брак по договоренности редко оказывается удачным. Чаще всего, девушек заставляют выходить замуж за нелюбимых, о чувствах речи не идет, но у нас все вышло иначе.

У нас — любовь. Чувства! Как это… от меня отказались?!

— Как это от меня отказались? — спрашиваю я вслух. — Фархат был не против этих танцев. Он — жених, который должен был стать моим мужем! Разве не ему решать мою судьбу?

— Муж! — подчеркивает отец. — Муж имеет право вершить судьбу своей жены. Фархат тебе кто? Муж? Нет. Жених? Да… Но это так легко отменить. Узнав, чем ты занимаешься, Кушаевы отменили свое предложение и уже всюду рассказали, что теперь наследник их состояния больше ни с кем не помолвлен. Уверен, у дверей их дома уже выстроилась длиннющая очередь из желающих отдать своих дочерей в жены Кушаеву.