— Смотри, Огонёк, — покачал головой дед. — Как ты себя поставишь — так и будет. Лучше пусть никаких отношений, чем вот такие каличные, как у этой Лины.

Ну, про то, на что активно намекала Лина, я промолчала. Сказала, что просто он с ней дружил, а потом бросил, потому что ему понравилась я. А теперь я боюсь, что он поступит со мной точно также, потому что Лина рассказала мне, какой он на самом деле. Про то, что я рисковала стать игрушкой Бодрова, я умолчала, но, думаю, дед всё понял и сам…

— Я понимаю, — кивнула я.

— Если ты ему всё спустишь с рук — то и он тебя ценить не научится.

— Да, ты прав. Тем более, что я и не собираюсь дальше общаться.

— Огонёк, Огонёк… — вздохнул как-то задумчиво дед, снова притягивая меня к себе. — Мои бы мозги да в твою бы голову. Всё равно ведь сделаете по-своему… Сказать проще, чем сделать.

Дед словно уже тогда знал и понимал нечто большее… Но тогда я твёрдо намерена была вычеркнуть обманщика из своей жизни.

Утром я горела желанием призвать его к ответу. Хотела, глядя ему в глаза, задать вопрос: правда ли он шантажировал Лину?

Если да — то и всё остальное правда. Очень похоже на него.

Как сказал дед — классика жанра: хорошие девочки любят плохих мальчиков. Только в обратную сторону это не работает.

Мы с дедом выпили чая с вареньем, я успокоилась. Но перед сном, оставшись одна в темноте, снова начала грустить…

— Мама, — прошептала я куда-то в небо. — Если бы ты знала, как мне нужен твой совет… Но ты никогда мне его дать не сможешь…

На следующей неделе предстоит новое испытание. Встреча с мамой, которая меня, к сожалению, узнаёт через раз. Я столько же жду этих встреч, сколько и боюсь их…

67.

67.

Однако утром я поняла, что не одной мне сейчас плохо…

У окна в конце коридора перед классом алгебры тихо плакала Леся.

Я подошла к ней и встала рядом.

— Привет, — сказала я ей, протягивая сухой платок.

— Привет… — ответила она, забирая его из моих рук и применяя по назначению.