— Всем добрый день, — услышали мы, оборвали поцелуй, и я тут же отскочила в сторону от Дани.

Мама Даниила уже не первый раз застаёт нас за поцелуями, но каждый раз всё равно жутко неудобно перед ней.

Я опустила глаза.

— Здравствуйте…

— Как вы тут? — спросила она, подойдя к кровати Дани, на которой он полу сидел.

Он устал и я помогла ему прилечь.

— Всё нормально, — ответил он. — Я сделал шаг.

Мама уставилась на него, открыв рот. Потом перевела взгляд на меня.

— Да, правда сделал, — сказала я. — У нас получилось.

Альбина Эдуардовна теперь смотрела на ноги своего сына, словно они тоже должны были ей что-то ответить. А потом кинулась обнимать Даню…

— Данечка, милый… — расплакалась она у него на плече. — Это правда? Скажи, скажи, что правда… Господи, ты нас услышал. Как же мы этого ждали!

— Правда, ма, правда, — кивнул он, неуклюже обнимая мать. — Маленький шажок, и потом завалился сразу на бок, но…

— Сынок, — обхватила она его лицо руками. — Это не маленький шажок — это огромное счастье. Всё впереди… Главное, начать. Как же это произошло?

— Кострову обнять хотелось, а она, зараза, отошла специально.

Я заулыбалась шутке Дани. Мама же его переводила снова взгляд с одного на другого, не понимая, шутит ли её сын или нет. Потом сосредоточила внимательный взгляд на мне, словно бы увидела какого-то другого человека, не меня.

— Ну… Я пойду, — взяла я свою сумку со стула. — Напишу тебе как буду дома.

Если мы не вместе, то значит — онлайн. Болтали часами напролёт. Я слала ему селфи с дедом, а он мне в ответ слал смайлы.

— Агния, — позвала меня его мама.

Впервые по имени. Она его знает? Удивительно…

Она вытерла слёзы. Мама Даниила очень быстро взяла себя в руки — вот это характер и выдержка! Лишь глаза продолжали светиться искренним счастьем.