— Ты спрашиваешь, что мне надо? — начинает злиться он. — После того, как ты упек меня на нары, отобрал все мое имущество, перевел мои деньги на левые счета, отмыл их…

— Фу, как некрасиво, — ерничает Эд, чем вызывает еще больше злости в мужчине.

— Мне нужна свобода, Эд, — пренебрежительно выплевывает Виктор. — И я могу за нее заплатить.

Эдику становится интересно. Он поправляет свои давно коротко стриженные волосы, по привычке проходит по ним ладонью и поднимает бровь.

— И что же у тебя еще есть, чего я не отобрал? — скалится акулой парень.

— Информация. Я дам тебе информацию, откуда у проблем Сергея растут ноги. Ведь ты же не думал, что я все провернул один. Я сдам тебе главного, — Виктор улыбается, довольный собой.

Эд молча приподнимается с табуретки, поправляет выбившуюся из-за пояса футболку и отходит к двери. Разворачивается на пятках и находит испуг в глазах собеседника.

— Ожидаемо, ох, как ожидаемо! — смеется он. Стучит в дверь, и она открывается. — Жди, мне надо подумать, — говорит он и выходит из помещения.

***

Апрель на редкость выдался теплым, но дождливым. Хмурые тучи Лос-Анджелеса нависают тяжелым полотном и плачут мелкими слезами. Эд стоит под большим черным зонтом около своей машины и ждет. Из ворот кладбища начинают выходить люди. Они черными пятнами продвигаются к своим машинам и плачут вместе с дождем. Последняя из ворот выходит Анна Львовна в окружении своей охраны под руку с Брюсом. Ее черный брючный костюм ничем не выделяется из общей массы людей. Шляпа с большими полями хоть как-то защищает от мелкого моросящего дождя. Она замечает Эдуарда, что-то говорит охране, и они уходят за медленно удаляющейся фигурой Брюса.

— «Пес», — с грустью в голосе произносит она, когда останавливается в метре от парня.

— Соболезную твоей утрате, надеюсь. Нунг был хорошим человеком.

— Не надо этих слов, — злится Анна. — Я прекрасно знаю, что произошло с моим мальчиком, и кто исполнитель, — стирает накатившую слезу женщина.

— Тогда ты должна знать, за что этот мальчик был наказан, — чуть повышает голос Эдуард, стараясь не смотреть, как женщина плачет.

Он никогда еще не видел ее слез. От этого становится как-то не по себе.

— Поэтому я и не помешала тебе, — с болью понижает голос. — Я надеюсь, ему не было…

— Я сделал все быстро, он даже не успел испугаться, — твердо говорит Эд.