«Ты — мудак» — удручённо констатировал внутренний голос, я мысленно с ним согласился и ответил сухо:

— Мои соболезнования.

Брюнетка тут же перевела, как-то незаметно встав по левую руку от меня, и продолжил турок напротив, опять же на своём.

— Договор уполномочен заключить мой клиент, сын Хасана, Ибрагим. Разумеется, все необходимые документы при себе.

Ибрагим вновь протянул руку и сказал по-русски:

— Рад встрече, — при этом успел бросить взгляд левее от меня, вновь вызвав волну раздражения.

Теперь он будет понтоваться перед симпатичной переводчицей в белой блузке поверх чёрного бюстгальтера, жевать сопли и выбивать лучшие обговорённым условия. День обещал быть долгим… кто вообще одевает чёрное бельё под белую полупрозрачную рубашку?! Надо вставить ей втык в понедельник, вообще мозг отсутствует напрочь.

«Вставь, ага» — некстати зашевелился дружок в штанах, с чего я откровенно ахерел и пропустил часть диалога.

А между тем турок уставился на меня, не моргая, и явно чего-то ждал.

— Конференц-зал на пятнадцатом этаже, — мягко сказала брюнетка и указала рукой направление.

Вроде и помогла, но всё равно бесит. Я ничего не говорил, чтобы она свой рот открывала. Точно надо… отчитать. Похоже решила, если я её трахнул, может позволять себе вольности на работе. Сколько раз уже переводила, ни разу ничего подобного не было. Это самая большая проблема с девками постарше — они думают. О всякой херне, как правило, выводы какие-то делают, планы строят, альбом свадебный собирают, прикидывают, сколько детей у нас будет, где мы будем жить, в квартире или в частном доме, и занимаются прочей лабудой, потом вываливая всё это в форме упрёка, мол, как же так, обесчестил меня — женись. А там к тридцати уже не то, что чести нет, клеймо негде ставить. Хотя, должен признать, в этом тоже свои плюсы есть, можно иногда для разнообразия. Какие-то обрывки в памяти всплывают, переводчица хоть и своевольничает, но и ночью бревном не лежала, из серии «люби меня люби».

Двери лифта открылись и мне пришлось галантно пропустить всех, пытаясь унять вновь приподнявшего голову друга. Может, половину гандонов она просто так раскидала, симулируя бурную ночь? На лицо явный недотрах.

В конференц-зал она вошла первой. Хозяйка, мать её, гарема. Турок старательно лез под её узкую юбку, открыл дверь, пропустил и улыбнулся от уха до уха, буравя её взглядом.

День будет долгим… Юрист рядом вздохнул, а я машинально похлопал его по плечу, мысленно пожелав крепиться. В ответ он поднял на меня недоумённый взгляд, а я нахмурился, придав себе важности. Все эти фамильярности совершенно излишне. Всё-таки херовая затея просыпаться в день переговоров с похмельем, с переводчицей, да ещё и у неё дома.