Всюду снег лежит. Четыре дня назад выпал. В тот день прямо снегопад был, мело с утра до вечера.

Я помню потому, что в то воскресенье вышли первые новости про то, что папу задержали.

Северские стрясли с него долг.

И сейчас он в полиции.

И мне надо думать о том, что дальше с нами будет, ведь дом, наверняка, заберут. Машины. Нужно будет искать работу, чтобы оплачивать универ.

Ждать, когда освободят папу.

А я ни о чем думать не могу, только про две бесконечные недели, за которые от Северских ни одной весточки.

Я уехала, и про меня все забыли.

Не верится…

Отряхнула ступеньки и присела, маленькими глотками выпила какао. Проследила, как за воротами остановилась машина. И на улицу выбралась Юлька, одетая в длинную шубку.

- Салют! – крикнула подруга. – Пустишь?

- Там открыто, - вяло отозвалась. Поставила кружку на снег.

Две недели. Я дом прибирала, выходила лишь в магазин и возвращалась, ждала, боялась пропустить гостей.

Но никто за мной не приехал.

- Ты на учебу, вообще, не собираешься, скажи мне? – подруга идет по саду, шубой подметает нечищенную тропинку. – Скоро сессия, не забыла?

Пожала плечами.

- Ну чего ты? – Юлька, поколебавшись, присела рядышком. Расправила полы шубы. Глянула на меня с сочувствием. – Бросил он тебя?

- Кто?

- Северский.

Вздохнула.