- Мне очень жаль, Оливер. Два года после смерти Томми я чувствовала только ненависть. Потерять его таким молодым, таким полным жизни и будущего, смотреть, как Джилл терпит год за годом боль...я так по нему скучала. Я даже не думала, что Вэнс не тот монстр, каким его обрисовали. Пожалуйста, прости меня за то, что я сказала о тебе. Тебе. Во всяком случае, то, как ты заботился о нем, поддерживал его семью, обеспечивая работой, только заставило меня полюбить тебя больше. Ты был прав, что поддерживал его.

Мне не нужно было, чтобы Аделин видела во мне героя. Я поставил ей ультиматум, зная, насколько по сути добрым было ее сердце. Надеясь, что она выберет нас.

- Ты здесь.

- Я здесь и выбираю любовь. Я выбираю нас. Я выбираю тебя.

Спасибо. Блядь. Она наклоняется, хватает меня за затылок и целует, пока мы оба не задыхаемся.

- Я твоя, Оливер Торн, а ты - мой. Ничто этого не изменит.

Она тянется к полотенцу, обернутому вокруг моей талии, и дергает. Она усмехается. Она с похотью смотрит на меня, когда полотенце падает на пол.

- Твоя мама сказала, что ты простишь меня, если я дам тебе. Хотела бы я проверить эту теорию.

Я слышу "дать тебе", и мой член мгновенно становится твердым.

Внезапно, последние сорок восемь часов дерьма теряют свою значимость. Моя девочка любит меня.

- Я могу простить что угодно, если это означает, что я окажусь внутри твои киски.

- Этот рот, Торн.

Аделин снимает рубашку, пока я растегиваю её шорты.

- Поверить не могу, что Либби сказала мне заняться с тобой сексом. Моя мать умерла бы, прежде чем порекомендовала мне сделать что-то подобное.

Думаю, Рейчел заставила Аделин поверить, что она была кем-то другим, чем была на самом деле. Нормальный подросток.

- На самом деле твой отец сорвал вишенку у твоей мамы перед ее восемнадцатилетием.

- Что?

Я опускаю ее шорты и трусики вниз.

- Брат Максвелл не святой, детка.

- Откуда ты это знаешь?