Моя грудь вздымалась, словно я пробежал марафон, а Кинг сидел и пялился на меня во все глаза. Я ждал, что он накинется на меня, закричит в ответ и пошлет меня к черту за неуместный гнев. Но он этого не сделал. Он оставался спокойным, несмотря на вырвавшийся из меня словесный понос, и отсутствие реакции с его стороны лишало меня остатка сил.

Я опустил голову на руки и сжал в кулак волосы, пытаясь хоть как-то унять головную боль, которая началась сразу после ухода Рэй.

― Как бы то ни было, мне очень жаль, ― наконец-то сказал он.

― Мне тоже.

― Хочешь рассказать, что случилось?

― Не особо.

― Может, угостишь меня пивом и расскажешь?

Я выпрямился и свирепо посмотрел на него, но схватил пиво и передал ему. Каждый из нас сделал по глотку, а потом я все выложил. Все, кроме той части, которая касалась ее прошлого и Боди. Я знал, как сильно Рэй не хотела, чтобы кто-нибудь знал, через что она прошла. Хотя я хотел, чтобы она прокричала об этом всему миру, очернила его имя и дала всем знать, что она преодолела все, но это не мой выбор.

Хотя я все еще планировал навестить Боди и дать ему попробовать его собственное лекарство и не только. Может, у нее и не было планов уничтожить его, но у меня, черт возьми, были.

К тому времени, как я закончил рассказывать о том, как выбежал из дома, потребовав, чтобы она ушла, Кинг допил пиво и покачал головой.

― Черт, Остин. Мне жаль. Как бы то ни было, я не хотел быть правым.

― Ага. Я тоже не хотел, чтобы ты был прав.

У него хватило приличия поморщиться.

― И что теперь?

На этот вопрос трудно ответить, вернее невозможно.

Теперь я сидел здесь и безумно ненавидел себя. Теперь я вынужден был жить до конца жизни с сожалением. Теперь я думал, сколько пива нужно выпить, чтобы хоть немного унять боль. Не то чтобы говорил все это, не желая обнажать свежие раны своей души.

― Сегодня еб*чий понедельник, и я буду смотреть «Холостяка» один, потому что не могу пойти к ней, как обычно. Я тот парень, который смотрит «Холостяка» один, потому что благодаря этому могу хоть как-то чувствовать связь с ней.

― Ты можешь не смотреть его, ― тихо предложил Кинг. ― Я имею в виду, телевизор выключен. Почему бы не оставить все как есть?

Я уставился на него так, словно его предложение было величайшим оскорблением.

― Или нет.