- Он еще не совсем привык, - говорит мне Ви, когда малыш снова одновременно и жует, и плюется. – Может, ему и правда больше понравятся кабачки. В следующий раз попробую их.

- Это круто, - вырывается у меня.

- Что?

- Все. Вот это все. Ты, я и наш сын.

Заноза не отвечает, а вскоре забирает бутуза на кормление. Садится в кресло, освобождает грудь, и он набрасывается, начинает жадно сосать.

Я сую руки в карманы, прохожусь по комнате. Выглядываю в окно и убеждаюсь, что оно выходит на компостную кучу и соседский забор, ничего интересного.

- Странно, - говорю я.

- Что странно? – раздается мне в спину.

- Ну…что ты здесь жила, а потом вдруг решила уехать в город. То есть, в смысле, что не увязла в рутине, а поняла, здесь тебе не место. Своими силами добилась поступления в Вуз, собралась, и поехала. Ведь своими?

И я кидаю быстрый взгляд на Занозу.

- Конечно своими, чьими же еще. Или думаешь, у меня был какой-то спонсор?

- А он был?

Ви молчит, и испепеляет меня взглядом. Но я сам отвечаю за нее.

- Нет, если учесть, что я был у тебя первым…Ведь первым? Ты ведь не играла тогда? Никаких операций по восстановлению девственности?

- Демьян, я сейчас кину в тебя чем-нибудь тяжелым, - грозит Заноза, а я выдыхаю от облегчения и смеюсь.

- Ты…невыносимый, - продолжает возмущаться она.

- А ты сегодня идешь со мной на свидание.

Заноза поджимает губы.

На ее языке это означает что-то типа, зря я пообещала, но делать нечего.

- Я сейчас позвоню Валентине Сергеевне, чтобы она приехала, окей? - продолжаю я. - Освободит нам вечер.