Стенки влагалища крайне чувствительны, чего я точно не ожидала после родов. Но так есть.

Каждый раз, когда его член заполняет, я чуть подрагиваю, жмурюсь и стону от удовольствия.

- Подадим заявление сразу, как вернемся, - говорит Демьян, слегка двинув бедрами, и в этот же момент протаранивая меня до конца.

Но я не в состоянии именно сейчас говорить. Могу лишь отрывисто бессвязно промычать.

- Не ломайся дальше, Ви, ты достаточно показала характер. Меня срывает.

- Ты правда влюбился в меня с первой секунды? – спрашиваю я, вспоминая его вчерашнее признание.

А также не слишком приличные подробности нашего знакомства. Мы ведь встретились, когда он трахал, просто по наглому имел другую девушку.

Как совместить одно с другим?

- Правда. Сразу понравилась. Сразу захотел. Дотрахивал ту, но представлял на ее месте уже тебя. Будто бы ты подошла, с этой своей бесячей улыбочкой и дерзким любопытным взглядом, задрала юбку и подставилась, а я в тебя вгоняю. Представлял, что это ты стонешь подо мной, а не та, про которую забыл через секунду. Про тебя, с нашей первой встречи, я не забывал ни на миг...

Я смеюсь.

Да ж, так ли уж...

- И потом…Всех остальных ведь послал тогда к херам, потому что только тебя, одну тебя хотел с того момента. Зацепила. Крепко. А когда выяснилось, что ты еще и острая на язык, я совсем голову потерял. Только уверенность, что рано или поздно поимею, не давала мне сойти с ума.

Говорит, а сам медленно, плавно, но в то же время жестче под конец, двигает бедрами, вбивается. Трахает, удерживая на себе, и не давая соскочить.

- А ты, Ви?

- Что я? – шепчу я между новыми стонами, которые он из меня выбивает.

- Ты правда забыла, как меня зовут, когда мы заехали за вами к той общаге?

Я неопределенно жму плечами.

Прекрасно помню тот эпизод. Как я усиленно делала вид, что Демьян мне безразличен, а у самой, лишь только поняла, что он сидит в машине, а не только Макс, от удовольствия все внутри обмерло.

- Откровенность за откровенность, Ви, - требует Демьян.

- Конечно, я прекрасно помнила, как тебя зовут, - признаюсь я, утопая в новом, необыкновенно ярком витке удовольствия.