С тех пор позволял мне встречать его после этих внезапных поездок к дочери и просто целовать. Целовать виски, на которых уже слегка пробивалась седина, острые скулы, твердую линию челюсти, упрямые губы и веки, скрывающие черноту глаз.

Он распахивал глаза — и меня поглощала эта чернота, поглощала без остатка.

Как всегда.

Иногда я ездила с ним.

Оставаясь в машине — Маруся обычно недолго держала Германа у себя.

Ей было важно проверить, что он по-прежнему приезжает, как обещал.

Вот как сегодня.

Только сегодня кое-что изменилось.

Витражная дверь подъезда открывается и оттуда выходит Полина.

Кутаясь в палантин, она направляется прямо к машине.

После. Все пройдет

После. Все пройдет

После. Все пройдет

Мне хочется запереть дверь машины и сделать вид, что меня тут нет — только кукла в полный рост с лицом Ланы, которую Герман возит с собой на случай, если соскучится.

А еще лучше — перебраться на водительское место и рвануть прочь, снося ворота этого прекрасного элитного жилого комплекса.