Б***ть, меня просто колотит. Ну как я могу её тут оставить?! С чужими людьми, зарёванную, напуганную. Это же п**ц.

Смотрю на врача, но он непримиримо качает головой.

– Зайчик, послушай, – вздохнув, опускаю Асю на пол и сам сажусь на корточки перед ней, – папе нужно кое-что сделать, поэтому пока я не смогу тебя забрать. Ты немного побудешь здесь с... – читаю имя на бейджике, – ... с Анной Николаевной. А потом я за тобой вернусь, и мы вместе пойдём навестить маму. С ней всё будет хорошо. У мамы просто немного болит голова.

Ася выпячивает нижнюю губу и утыкается взглядом себе в ноги.

– Я не хочу здесь. Я хочу с тобой.

– Знаю, детка. Прости, что так получилось. Но тебе совсем недолго придётся меня ждать. Обещаю. Хорошо?

Дочка шмыгает носом и кивает.

– Я ишпугалась. У мамы шла кровь. Я её жвала, но она не плосыпалась.

Твою мать! Мне хочется разнести эту больницу на щепки. Я понимаю, что у них нет другого выхода, они не имеют права отдавать ребёнка чужому человеку, но это не уменьшает моей злости и состояния абсолютного бессилия.

– С мамой всё будет хорошо, малыш. Веришь мне?

Ася снова кивает. Я целую её в щёку и ещё раз обнимаю. Не хочу уходить. Не хочу оставлять дочку здесь. Может, удастся найти какой-то выход?

* * *

В палату к Снежинке меня всё-таки пускают. Всего на две минуты, но хоть что-то.

Сердце чуть не проламывает рёбра, когда я вижу её всю в проводах и с замотанной головой. Она по-прежнему без сознания, и врачи не могут дать точного ответа, когда состояние улучшится.

Это п***ец. Я просто не смогу уехать, пока Снежана не откроет глаза. И Асю не смогу оставить. Буду весь день и всю ночь на полу возле палаты караулить, но не уеду. Если понадобится – и неделю, и месяц здесь проведу.

– Алексей Игоревич, время... – тактично откашливается врач.

Я выдыхаю и провожу ладонью по лицу.

И что, бл**ть, по их мнению я должен тупо оставить тут свою семью?! Что мне, мать их, делать?!

– Отдайте мне Асю. Вы же видели, она назвала меня папой. Она хочет со мной поехать. Сам я готов здесь сутками караулить, если придётся, но для ребёнка это стресс. Мама в реанимации, папа не забирает...

– Алексей Игоревич, я не могу вам в этом помочь. Мы уже сообщили в соответствующие органы о ситуации. Скоро за Ассоль приедут из кризисного центра и заберут её туда, пока Снежана Денисовна не придёт в себя.