- А кто там будет? – спустя минут пять все-таки нахожу в себе смелости спросить.

- Ну, в основном, это ребята из моей хоккейной команды и их девушки, а также знакомые мне парни из МГУ. Все адекватные, не переживай, проблем не будет, – спокойно поясняет мне Никита, указательным пальцем правой руки задумчиво потирая свой подбородок.

- Хорошо, – принимаю его ответ и сглатываю, думая, что я всю эту толпу уже видела в «Соснах и елях».

И точно. Стоит нам только припарковаться и подняться на предпоследний этаж элитной многоэтажки в центре Москвы, как я и правда понимаю, что тут сплошь знакомые лица.

- Белоснежка! – прямо с порога орет тот самый парень, который интересовался моим снежным творчеством в загородном клубе, – Я так рад тебя видеть! О, ты и одного гнома с собой притащила! А он ничего такой, мне нравится. Хотя нет, не нравится, морда у него уж больно довольная. У-у, жесть!

- Придурок! – закатывает глаза Никита и я не могу скрыть улыбки.

- Я не придурок! Я вообще-то Дмитрий, а фамилия моя Герасимов. Для друзей просто Герыч, – прихватил мою ладонь парень и попытался ее поцеловать, но Соболевский тут же дал ему по рукам и осадил.

- Димас, кыш.

- Спорим, не подеремся? – и заржал, а потом махнул, приглашая пройти внутрь.

Что мы, собственно, и сделали. Но перед тем, как показаться людям, Никита подошел ко мне почти вплотную и сказал, заглядывая в мои глаза с абсолютной серьезностью.

- Алёна, послушай. Если вдруг тебе что-то или кто-то не понравится, не стесняйся мне тут же об этом сказать. Захочешь уехать и мы сразу же сделаем это. Хорошо?

- Хорошо, – кивнула я и вновь застеснялась его пристального взгляда, чувствуя, как мои щеки покрываются жарким румянцем.

- Тогда идем.

И только сейчас моё желание вдруг осуществилось. Никита подхватил мою ладонь и чуть сжал холодные пальцы в своей сильной и горячей руке, даже не представляя, что этим самым сделал с моим обезумевшим сердцем. Маленький конец света, за которым тотчас ярко и мощно вспыхнуло мое новое персональное солнце. Ведь меня реально чуть не порвало на куски от того огня, что прокатился по венам от этого долгожданного прикосновения. Взрыв в груди и электричество на кончиках пальцев – и все это он. Мой псих.

Прошли в огромную гостиную, набитую в большей степени парнями и в меньшей девчонками, и окунулись в гвалт. В основном радовались Никите. Ребята все его обнимали, тискали, кое-то даже шутливо кружил и лохматил густую шевелюру. А потом присутствующие разом и с большим интересом уставились на меня.

- А это моя Алёна, – произнес Соболевский, представляя меня компании, и я рассыпалась на миллионы разноцветных осколков от одного только этого слова – «моя».