- Любовь это называется, Алёна! Знаешь такое слово или расшифровать?

- Иди к черту! – насупилась я и сложила руки на груди.

- Мне нужна была ты! Хоть крупинка твоего общения, а не тотальная ненависть в глазах. И я бы всю эту бутафорию закончил еще в первые полгода, но тебе это общение было нужно не меньше, чем мне. И как бы не было тяжело, но я продолжал все это дерьмо, потому что видел, как ты плачешь от того, что я больше тебе не отвечаю. Я сам к себе ревновал, но свернуть лавочку уже не получалось. Только выдирать с мясом, что в итоге и случилось.

- Я хочу уйти, – смахнула я слезу, – мне нужно все обдумать и побыть одной.

- Валяй, – сделал он шаг назад и опустил руки.

А у меня внутри взорвалась ядерная бомба. Бам! И всё…

- Выйди, я хочу переодеться!

- Нет, – спокойно возразил и принялся покусывать свою верхнюю губу. И снова обрядился в маску абсолютного спокойствия.

Или то не она, а он настоящий? И тут же подбородок предательски задрожал, выдавая меня с головой.

Боже…

- Ладно! Отлично! Чего ты там не видел. Верно? – выплюнула я и начала развязывать тесёмку на домашних штанах.

А этот цыкать принялся.

- Что? – подняла на него глаза, полные обиды, боли и гнева.

- Неправильно ты, Алёнка штанишки снимаешь. Дай помогу! – и резко подался в мою сторону, а я от него.

Вот только поздно я спохватилась, а уже в следующее мгновение Никита перекинул меня через своё плечо и понес в спальню. А там, как есть, скинул на кровать.

Отползти попыталась, но он только ухватил меня за лодыжку и на себя потянул.

- Не смей, – выдохнула я, когда увидела, как он медленно поставил колено на кровать и улыбнулся.

- Ага. Что еще, любимая? Ты озвучивай пока, не стесняйся. А я делом займусь.

А потом в одно движение склонился надо мной.

И поцеловал.