Вот же жук!

- В окно влез бы, – легко пожимает этот конспиратор плечами.

- На четвертый этаж? – откровенно изумляюсь я.

- К тебе хоть на сороковой, – вдруг как по щелчку пальцев делается серьезным Никита, и мы тут же зависаем в моменте, глядя друг на друга.

- Ты невозможный, – бормочу я, пока он медленно тянет меня на себя.

- Угу. Я невозможно тебя люблю, Алёнка…

И после этих слов я замерла в его руках, прислушиваясь к стуку наших сердец и к звукам фейерверков, что все еще бомбили за окнами. Так мы и лежали долго-долго, пока сон не накрыл нас своим ласковым покрывалом.

Здесь. В этой квартире. Где когда-то все и началось.

52.1

POV Алёна

Медленно открываю глаза и понимаю, что за окном уже утро. Я почему-то нахожусь не на диване, а в спальне и на мягкой подушке. Позади меня Никита. Спит. Его сильная рука крепко прижимает меня к его поджарому, длинному телу. Наши ноги переплелись и затылком я чувствую его тихое, спокойное дыхание.

Прикрываю глаза на секунду и напитываю всю себя этим восхитительным моментом. Он и я, остальное неважно.

Аккуратно, чтобы не разбудить парня, я поворачиваюсь в его руках. И таю от любви. Ведь от Никиты невозможно оторвать взгляд. Смоляные густые ресницы веерами лежат на щеках. Волосы растрёпаны. Чуть отросла щетина. Во сне он совсем похож на мальчишку.

Приподнялась на локтях, окинула его еще раз взглядом. Господи, ну какие же красивые у него губы. Я так их люблю…

Да что уж там? Я люблю Никиту Соболевского всего, с ног до головы. Вопреки всему люблю и всем своим сердцем, что сжалось в этот самый момент в груди в жалкий дрожащий комочек.

Но это от счастья! Потому что чувства мои взаимны. А вот, через что пришлось пройти этому парню…

Боже!

С рождения совершенно никому не нужный. Ни родной матери, что бросила его еще в роддоме. Ни отцу, что винил его в смерти любимой женщины. Ни мне, что видела в нем заклятого врага.

И он барахтался в этой тотальной к себе ненависти. Жил в ней годами.

Один.