А еще, вполне себе есть вероятность, что у всех у нас девочек, на голове появились первые седые волосы. Это у меня сей срам будет не видно – я блондинка. А вот с остальными что делать?

Ой, Соболевский! Ой, гад!

- Я все маме расскажу, - заплакала еще одна несчастная потерпевшая из нашей компании, пухленькая и маленькая Соня.

- Ты что? Не смей этого делать, - зашикала на нее Настя.

- Она права. Если Соболевский получит от папаши ремня, то уже на следующий день нам придется несладко!

- А несладко, это как? – непонимающе округлила свои зеленые глаза Аня.

- Попой об косяк, - неопределенно взмахнула руками Настя.

- Именно так! – подтвердила я.

И да, Соня, живущая на два этажа ниже меня и проклятого мальчишки, все-таки нажаловалась родителям, а они, в свою очередь, донесли за проделки сына Соболевскому-старшему. Местный бандюган! И сын такой же растет! Ох, ну вот и зачем они сюда переехали?

Как итог, на утро получили отдачу все. Чертов Соболевский, как оказалось, поведал отцу, что просто ставил нас, зарвавшихся и невоспитанных девчонок, на место. Видите ли, Аня пнула дворового кота Федора, а Соня подначивала ее в этом и хохотала над тем, как пищит беззащитное животное. Настя отпустила матерное ругательство в адрес нашей престарелой и немного страдающей деменцией бабы Люси, а я вообще совершила немыслимое – поставила несчастной старушке подножку, и она больно ушиблась, упав на землю.

Надо ли вам говорить, что немощная женщина, даже не помнящая толком как ее зовут, подтвердила слова отпетого хулигана? Да, так и сказала, смотря на меня и Настю с улыбкой агнца божьего, что мы и вправду творили с ней все эти непотребства.

В это самое время Соболевский с отцом стоял рядом и улыбался мне, как сам Сатана.

Я же впервые жизни слетела с катушек. И благо, что не в последний! Но да, в тот момент ненависть моя была столь сильна, что я бросилась на Соболевского в нестерпимом желании выцарапать гаденышу глаза! И орать в полную глотку:

- Я ненавижу тебя!

Сбила с ног, запрыгнула сверху и начала мутузить его, что есть мочи, а он только смотрел на меня и хохотал, хохотал, хохотал…

Пока моя мама, добрейшей души человек, не отодрала меня с ненавистного мальчишки, а потом и не отчитала прилюдно.

До конца лета, а это почти целую неделю, я, как и остальные девочки, была под домашним арестом. И все по вине злобного гоблина Соболевского. Гори он в синем пламени! И этот засранец, пока я с тоскливым видом сидела на балконе, намеренно целый день мозолил мне глаза во дворе. Иногда взбирался на «ракету» и, смотря прямо на меня, поедал аппетитный рожок клубничного мороженного.