Как будто из меня выкачали все силы.

Почти доползаю до уборной.

Захлопываю за собой дверь. Тяжело прижимаюсь спиной к кафельной стене.

Теперь меня прорывает. По-настоящему.

Ноги не держат. Во всем теле иголки и дикая слабость.

Не замечаю, как просто съезжаю на пол.

Обхватываю лицо руками и начинаю рыдать.

Громко. Взахлеб. Напряжение и страх за малышку, которые не давали мне покоя все эти месяцы. Сейчас прорываются, как огромный нарыв.

Меня трясет.

А я не могу остановиться!

  – Таня. Таня, открой!

Слышу хриплый голос Евгения.

Он нервно барабанит пальцами в дверь.

– Открой!

А я… Я с места сдвинуться не могу!

Все тело сотрясают дикие рыдания. До спазма. До икоты.

Сижу и реву, обхватив голову руками.

– Таня. Все позади. Малышка будет жить! Не просто жить! Она будет здорова! Слышишь! Будет, как все дети. Бегать. Гулять. Все закончилось!

Но от его слов истерика не проходит.

Наоборот. Накатывает с новой силой.