Юное тело в голубом одеяле…"

Губы Гордея сжимаются от злости в сплошную линию, а глаза мечут гром и молнии.

"Знаешь, это тело только для тебя,

Ну и что, что возраст он не навсегда.

Я пишу тебе письмо текстом сырым:

"Я жду тебя, твоя Максим".

Останавливаюсь в метре от него и присаживаюсь на столе так, что почти видно мой зад.

— Прекрати! — рычит на меня, а у самого от увиденного глаза горят.

Стэп подходит ближе и снимает нас.

— Камеру выключи! — орёт на него Калинин.

— А это не камера, Гордей Петрович. Прямой эфир. Уже пятьсот зрителей, — довольно лыбится.

В класс влетает директриса, зав по воспитанию и несколько преподов. Среди них Метла…

Я удобно усаживаюсь на парту, носками туфлей цепляя ноги Дэй, за что получаю от него уничтожающий взгляд. Дергает коленями, в попытке скинуть мои ботинки.

— Дай сюда, — вырывает телефон у Стэпа и прерывает запись эфира.

— Что здесь происходит? — вопит Лидия Федоровна. — Ермолаенко, ты, что себе позволяешь? И что на тебе? — осматривает меня.

— Одежда… Мило, да? — поправляю юбку, раскладывая её на парте солнышком и смотрю с улыбкой на Калинина.

Он прячет глаза. Стыдно тебе? Хреново? А мне каково после твоей измены?

Не знаешь…

— Гордей Петрович, может, вы мне объясните, что здесь происходит?

Он молчит.