Кивнув Насте и предупредив ее, что скоро вернусь и пусть она без меня в отель не заходит, я села в салон желтого спорткара. Только и успела закрыть дверь, как Абдулла, обманув меня, резко тронулся. Авто молниеносно набрала запредельную скорость.

— Что ты творишь??? — завизжала я, в схватившись за сидение как за спасательный круг во время шторма. — Убить нас хочешь??

На мгновение промелькнула именно эта мысль. Что Абдулла решил угробить себя вместе со мной.

— Я не отпущу тебя! Никогда! Ты моя! — провозгласил он, не сбавляя скорости. — Пристегнись, иначе вылетишь!

От ужаса и страха, я пристегнулась и закрыла глаза руками. Пришлось довериться Абдулле и понадеяться на его благоразумие. Ведь иного выбирать он мне не оставил.

Глава 17

Мы пронеслись как бешеные, маневрируя между впереди едущими автомобилями и чудом не тараня их на полном ходу. Когда пересекли черту города, авто замедлило ход и вскоре остановилось.

Осознав, что стоим на месте, я открыла глаза, огляделась застопоренно. Затем медленно отстегнула ремень и в непонимании уставилась на Абдуллу. Зачем он привез меня сюда?

Несколько мгновений молчаливого недопонимания, и Абдулла притянул меня к себе, грубо, резко и совершенно неожиданно. Накинулся и поцеловал в губы так дико, яростно и остервенело, что я оторопела и не смогла оказать ему сопротивления.

Касаясь меня своими, дрожащими от страсти пальцами, лаская плечи и торопливо избавляя их от куртки и остальной одежды, Абдулла стонал, в накале страсти и желаний прижимая меня все крепче, рыча и ненасытно целуя словно готовый искусать и проглотить без остатка. Его прыткая ладонь уже вовсю хозяйничала под футболкой, стискивала и сжимала грудь, заставляя меня вздрагивать и постанывать от болезненного наслаждения.

Лишь почувствовав, как его ладонь оказалась уже в трусиках, я с трудом оборвала поцелуй и попыталась оттолкнуть Абдуллу, чтобы отдышаться и сказать ему, что я не настолько падкая на него. Но он не захотел меня отпускать и не позволял убрать руку, которая так и сновала в трусиках, возбуждая меня.

— Погоди… — прошептала я ему в губы, отворачиваясь и старательно сжимая мышцы ног, чтобы вытиснуть из себя его палец.

— Прошу, Мария… Не противься мне. Нам. Будь моей. Будь моей навсегда, детка…

— Я не могу так. Погоди, Абдулла.

— Почему не можешь?

— Мне нужно обдумать все, взвесить… Это не решается так сразу…

Прекратив приставания, Абдулла вернулся на свое место. И некоторое время молчал, не сводя с меня напористого взгляда с диким огоньком.

— Это не навсегда. — начал он оправдываться. — Через два месяца я смогу ходить. Если тебя смущает это, или тебе неприятно, что я…