И куда делась вся моя наглость? Как по минному полю хожу, шаг влево, шаг вправо…

Ладно. Заношу кулак над деревянной поверхностью. Стучу.

Ника открывает не сразу. А когда это происходит, замирает с приоткрытым ртом.

— Ты?

— Не ждала? Мы же договаривались.

— Точно.

Просачиваюсь внутрь комнаты, удерживая кактус за спиной.

— Это тебе, — вытаскиваю уродца из-за спины.

Судя по Никиному скептическому взгляду она не особо в восторге.

— спасибо…

Она смотрит на зеленого гада не просто удивленно, у нее на лбу написано, нафига ты Гирш его притащил?!

— Короче - это кактус, — поясняю, как полный дебил. А она само то ведь не видит, конечно.

— Зеленый, — она заторможенно кивает, и ловит мой взгляд.

— Он с фишкой. Его еще называют «Царица ночи», потому что цветет он только ночью. Один раз в год.

Ника закусывает губу, теперь более пристально приглядываясь к селеницереусу.

— Только ночь? — шепчет. — Чтобы никто не узнал, какой он на самом деле красивый и вовсе не колючий?

На лету схватываю аналогию. Забавно. Мой посыл был другим, на самом деле. Но то, что она сравнивает меня с этим уродцем, но ладно, заслужил.

— Что-то вроде этого, — сую руки в карманы. — На самом деле это такая аналогия, типа ты да я. Ночью все проще и легче. Никто не видит. Как этого вот уродца…

— Он не уродец, — Ника закатывает глаза и относит его на подоконник.

— Хреново у меня с аналогиями, да?