— Ну или как-нибудь потом, — тут же идет на попятную.

Чертыхаюсь. С одной стороны, с меня не убудет показать ей фотку. Притом что у меня весь телефон ими забит. Сам не понимаю, как так вышло. Просто зачем-то делал скрины с личной страницы Ники, начиная с момента, когда бросил ее на море. Ежедневно мониторил ее страничку. Долбаный сталкер.

Но, с другой, сейчас все это настолько личное, а что, если склад фоток — это некий показатель моей уязвимости? А я не хочу быть уязвимым и тем более зависимым от девчонки.

Телефон оживает в ладони, пока я думаю, как лучше поступить.

Ника: Никаких планов. У тебя есть какие-то предложения?

Чувствую, что улыбаюсь как полный дебил. В десятый раз перечитываю два предложения, которые она мне прислала. Еще немного, и рожа треснет от радости.

Ян: Я заеду вечером. Часов в семь.

Ника: Хорошо)

Еще минуту смотрю на потухший экран, не сразу вспоминая, что я здесь не один.

— Я поеду, мам. Еще дел куча.

— Ладно. Заезжай, как будет время. Звони. И если ты не против, то я тоже буду тебе звонить.

— Я не против.

Мама улыбается. Между нами повисает неловкость. Она переминается с ноги на ногу. Делает шаг ко мне, а потом обнимает. Крепко вцепляется в плечи.

Чувствую себя максимально потерянным. Нерешительно касаюсь ладонью ее спины и поджимаю губы.

— Поеду, — выдаю шепотом и отстраняюсь.

Замечаю слезы в ее глазах, но намеренно игнорирую. Я не готов к таким разительным переменам. Не сейчас точно. Боль от обиды на нее все еще слишком сильна.

До назначенных семи часов успеваю заехать на квартиру, чтобы переодеться, покататься по городу и даже притормозить у цветочного.

Девочки же любят цветы?

Долго слоняюсь вдоль рядов различных растений, пока не замечаю притаившийся в углу кактус…

— Этот беру, — поворачиваюсь к девушке-флористу.