Решила справиться сама, но ей так и не удалось. В механизме что-то заело, и в результате не получилось разложить диван.

Полина улеглась как есть. Но в сложенном состоянии он для нее с ее пузиком маловат, как ни крути.

Похоже, она погорячилась, когда отдала Максиму спальню.

Но не выгонять же его теперь.

Полина немного покрутилась, попыхтела.

Снова прислушалась к посапыванию, доносящемуся из приоткрытой двери спальни. Такому родному, привычному… Еще не так давно отлично ее убаюкивающему.

Когда они с Максимом поженились, в первое время он будил ее легким храпом. Бывало, навалится на нее сзади, руку положит и громко дышит в ухо. Какой уж тут сон? Но прошло совсем немного времени, и этот звук стал для нее лучшей колыбельной.

Храп слышен? Значит, любимый рядом. Значит, все хорошо.

Живя одна, она нередко вспоминала ночами эту особенность Макса. Даже скучала, хотя, казалось бы, как можно скучать по храпу?

А собственно, чего это он там разлегся один как король? Захватил ее любимое ложе и в ус не дует, спит себе. Нахал!

Полина подхватила свою подушку, розовый плед и тихонько прокралась в спальню, осторожно опустилась на свободную половину кровати.

Она с ним поспит, с краешка устроится.

Ее сморило мгновенно, прямо как раньше. Сто лет так быстро не засыпала.

И сон был сладкий, волшебный…

* * *

Полина проснулась как обычно рано.

Часы показывали пять утра, в комнату потихоньку проникали предрассветные лучи. Летом светлеет рано.

Она по привычке повернулась к окну и чуть не охнула в голос, увидев на другой стороне своего бывшего мужа. Потом вспомнила, как сама же предложила ему остаться.

Вчерашний день всплыл в памяти отдельными кадрами. Письмо Макса, селфи, его приезд…

Как она смогла решиться отправить ему фото себя беременной? Хватило же духу!