Когда я поняла, что он проверял, не упало ли перо, я закатила глаза.

На губах ангела заиграла довольная улыбка, и он откинулся назад, подоткнув мне одеяло.

– Я не очень люблю трофеи, но мне нравятся рукописные записки. На случай, если захочешь изложить свои чувства на бумаге.

Я улыбнулась.

– Приму во внимание твою просьбу.

Его рука скользнула между моих бедер.

– Пожалуйста, сделай это. – Когда Ашер начал выводить медленные, сосредоточенные круги подушечками пальцев, он прошептал: – Раз уж ты не хочешь расправить крылья, то хотя бы раздвинь ноги.

– Ашер… Мне больно.

– Это всего лишь мои пальцы. Пусть мне будет о чем подумать во время одинокого полета обратно в гильдию.

Я издала тихий стон и перевернулась на спину, предоставляя ему доступ. Он погрузил два пальца в меня, затем вернул влажные кончики к пульсирующей плоти и прильнул своим ртом к моему, целуя меня так сладко, что я даже подумала показать ему крылья, чтобы он остался рядом. Ашер не стал бы смеяться над ними. Я это знала. И все же после того, как он довел меня до блаженного оргазма, я решила, что еще не готова, и он не стал настаивать. Просто поднялся с кровати, принял душ и оделся.

Пока он завязывал волосы в пучок, я продолжала размышлять, стоит ли расправлять крылья или нет, но их вид всегда портил мне настроение, а я не хотела портить это прекрасное утро.

Я извинилась за свое упрямство.

Вздохнув, Ашер сел на край кровати, наклонился и поцеловал меня.

– Скоро я буду видеть их каждый день. Кроме того, несмотря на все мои жалобы, мне нужно позавтракать с Найей. Хочешь присоединиться к нам?

Я закусила губу.

– Не думаю, что смогу встретиться с ней прямо сейчас. – Вот в чем заключались ограничения моей дружбы с новой версией Лей. Были вещи, которые я больше не могла ей доверить. – Ты расскажешь ей о нас?

– Я бы предпочел, чтобы она узнала об этом от меня, а не от кого-то другого. – Его рука скользнула по одеялу, и тепло его прикосновения проникло к моим ногам. – Но если хочешь, чтобы я подождал…

– Разве стоит ждать, учитывая угрозу Элизы?

Его губы сжались.

– Верно. – Он встал и расправил плечи, натягивая ткань белой рубашки.