— Стас, я ужасная, я ужасный человек. Моя мама ненавидела меня просто потому, что я существую, и теперь я ненавижу этого ребёнка точно так же. Он ни в чём не виноват, но я ненавижу его.

— Тихо, принцесса. Успокойся, — он снова оставляет поцелуй на моих коленях. Затем встаёт и куда-то уходит, возвращаясь буквально через несколько секунд со стаканом в руках. Он прислоняет его к моим губам.

— Что это? — спрашиваю я дрожащим голосом.

— Виски, — спокойно отвечает он, давая мне пить эту гадость буквально по глоткам.

Мне кажется, что меня может стошнить от этого ужасного вкуса, но мне почему-то становится легче, несмотря на то, что горло обжигается. Стас ставит полупустой стакан на прикроватную тумбочку и продолжает завороженно смотреть на меня.

Я хочу, чтобы событий вне нашей спальни не существовало.

— Ты прекрасный человек, Полина. Самый чистый. Самый светлый. Забудь обо всём, что произошло этим вечером. Забудь об этом чёртовом ребёнке, ты больше никогда его не видишь, как и её.

Но он увидит. Даже если будет скрывать это мне во благо.

— Я одержим, Полина. У меня есть только одна цель в жизни — это ты. Он даёт мне ещё немного виски, он сильно бьёт по моей голове, потому что я не пью ничего крепче шампанского и вина. — Ни одна грёбанная вещь в этом мире не заставит меня потерять тебя.

Он целует уголки моих глаз, на которых размазана туш, мои реснички, словно каждую мою слезинку, делая мне этим ещё больнее, потому что теперь я всегда буду вспоминать, как он целовал мои слёзы.

Однажды он женился на нелюбимой девушке, только потому, что она носила его ребёнка. Или говорила, что носила его, я не знаю.

А сейчас она приносит его нам под дом, а он говорит, что ничего не изменится.

Я не смогу так жить. Я лучше откажусь от него, чем буду делить его с другой семьёй. Я лучше буду жить с дырой в сердце, чем в ненависти к невинному малышу и постоянном страхе того, что он выберет свою старую семью.

Свою первую семью. Свою первую жену. Своего ребёнка.

С этими мыслями я кладу голову на подушку, потому что она сильно кружится.

— В моей жизни есть только ты, — последнее, что я слышу, прежде чем заснуть.

***

Проснувшись, вижу на тумбочке несколько таблеток и стакан воды. У меня сильная жажда, поэтому я игнорирую таблетки, но почти залпом выпиваю воду. Неужели я проспала весь вечер и всю ночь, ни разу не проснувшись?

Встав с кровати, на ватных ногах я выхожу из спальни и направляюсь к лестнице. Снизу слышу до ужаса рассерженный голос Стаса и сажусь на верхней ступеньке. Я не собираюсь подслушивать, а просто хочу дождаться, когда он закончит разговор. Но когда до меня долетают его слова, я напрягивеюсь. Сначала мне показалось, что это деловой разговор и он как всегда злится на кого-то из своих подчинённых, но это далеко не деловой разговор.