— И куда же ты, в таком случае, решила пойти? В такое время и такую погоду? К кому-то из друзей?
— Нет… Нет у меня друзей.
— То есть идти тебе некуда — и ты собиралась всю ночь одна шастать по парку? — спрашиваю вслух, но только потом прокручиваю в голове: наверное, из-за ссоры с родителями ушла из дома, да так быстро, что даже куртку не захватила. Купила на последние деньги булку и предпочла общество холодной ночи, нежели взрослых. — Что же мне с тобой делать?
Естественно, оставлять девочку одну в парке — просто кощунство и преступление. Любой урод может воспользоваться положением и сотворить с ней ужасные, мерзкие вещи. Возможно, я и безразличный мудак, но остатки совести всё-таки просыпаются во мне.
Она виновато опускает голову, словно щенок, которому дали по носу за то, что обоссал диван.
— Совсем не хочешь возвращаться домой?
— Совсем.
— Ладно, тогда давай сделаем так: ты переночуешь в моей квартире, а я завтра рано утром приеду — и мы уже вместе решим, что делать.
— Вы утром приедете? — удивляется она. — А где вы будете ночевать?
— Я живу в другом месте.
— А это будет удобно? — она всё ещё осторожна и напугана, что вполне логично, но, кажется, предложение слишком заманчивое, чтобы от него отказываться.
— Раз я предлагаю, значит, удобно, правда? Квартира пустует, поэтому тебе никто не помешает. Попьёшь горячего чая. Согреешься. Выспишься. А завтра уже будем думать.
— Спасибо вам большое.
— Да не за что.
Задумавшись, я понимаю, что даже если бы свободной жилплощади не было — я всё равно не смог бы оставить её здесь одну.
1. Такая милая в моей толстовке
1. Такая милая в моей толстовке
Дорога выдаётся слишком спокойной и размеренной — но тяжёлое ощущение, будто каждая пылинка щурится с намерением увидеть, кто там притаился на заднем сидении моей машины. Ливень так или иначе заставляет всех забиться по своим норам и муравейникам. Постепенно город останавливает движение, заставляя всех переждать дождь. И только я нашёл небольшое приключение, во главе которого поставлена цель — не дать девочку совсем замёрзнуть, не дать никому повода чем-то её обидеть.
Когда я выхожу из машины, открываю дверцу Полине — она неуверенно выходит и следует за мной — на цыпочках, не издавая ни единого звука.
— Станислав Юрьевич, добрый вечер, — здоровается консьержка — добродушная женщина, — давно же я вас не видела.