– Глупышка ты моя ебанутая. Так?

– Без последнего слова. Взял и все испортил.

– Я испортил? Ты за месяц не соизволила сказать брату, что выходишь замуж?!

– А можно нежнее тормозить? На заднем сиденье мои восемьдесят шесть тысяч, – единственное, что мне приходит в голову, как только Слава тормозит возле остановки. Я знаю, когда Архангельский зол. Сейчас он именно такой. И от этого становится неприятно. Цели злить его по-настоящему у меня нет. – Я не хочу его разочаровывать, – наконец честно признаюсь я. – А это неизбежно, потому что он сразу догадается о беременности. Он дал мне все, а я в ответ ни на кого не выучилась, работы нет и скоро буду с пузом. Не смотри на меня так, пожалуйста, – молчание Славы значительно хуже, чем его обзывания. – Вдобавок ты ему не нравишься. Я не знаю почему.

– Ты не обязана ему что-то объяснять и оправдываться. Твоя задача – поставить его в известность о нашей свадьбе. И ничего из того, что ты мне тут наплела, ты говорить ему не будешь. И мне абсолютно похер на его антипатию ко мне. Мы сейчас едем к нему, и ты при мне говоришь ему о свадьбе. И это не обсуждается. Вопросы есть?

– Нет, – тихо произношу я, смотря на то, как Слава трогается с места.

Всю дорогу мы едем молча. И стоило только оказаться около Мишиного дома, как поняла, что не готова. Мне, черт возьми, страшно.

– А у нас будет брачный договор? – произношу первое, что приходит на ум. Хотя, чего грех таить, меня действительно интересует этот вопрос.

– Нет.

– Почему? Разве при разводе ты не обязан будешь отдать мне половину?

– Даже если у нас дойдет до развода, то ты не возьмешь половину. Максимум согласишься на квартиру и хорошие алименты на ребенка. Да и вообще-то только совместно нажитое делится. Поэтому чего бумагу зря портить.

– Ты так уверен в том, что я не меркантильная сучка? Как ты стал миллионерам, если доверяешь людям?

– У меня неплохая чуйка.

– Это ты еще не видел счет за аренду ресторана и прочее. Ой, зря вы так, Вячеслав Викторович, с договором.

– Зря ты, Наталь Санна, пытаешься заговорить мне зубы. Выйдешь сама или мне тащиться тебя за руку?

– А как мы назовем ребенка, если родится девочка? – Слава ничего не отвечает. Выходит из машины и открывает дверь с моей стороны.

Как и предполагалось, вытягивает меня из машины. Ни звука не произносит. И стоило только позвонить в Мишину квартиру, как он неожиданно произнес.

– София.

– Что?

– Ты спросила, как мы назовем ребенка, если родится девочка. Мне нравится София. А тебе?