– Обождите меня немного! – крикнула она. – Я скоро приду!

И пошла обратно к краю причала. Ей только казалось, будто она спокойна и всем довольна, не желая никаких перемен. Лишь при виде этой стрелки, при одной мысли, что Дедич намерен говорить с ней, ее затрясло. «Что он скажет?» – спрашивала себя Мальфрид, проходя вдоль причала и спускаясь на тропку. Теперь, когда она мать не только Ящерова чада, но и нового словенского князя, ни у кого нет права упрекать ее за прошлое. Даже выкуп чести ее Святослав уже передал Сванхейд – золотых обручий и колец весом на гривну. У кого только собрал…

Почему-то она думала, что ей придется идти до той самой прогалины, где стоял белый шатер. Свернув за куст, она, не сбавляя шага, наткнулась на человека в белой рубахе и невольно вскрикнула.

– Это я! – Дедич поймал ее за плечи и поддержал, не дав упасть. – Куда летишь-то? Я не убегу.

Мальфрид ловила воздух ртом. Он ее позвал, и она еще за ним гонится?

– Я думала… ты там, – она кивнула вперед. – Что? Чего ты хотел? Там меня родичи ждут… домой уже едем.

– Я знаю, что едете. Не знаю, когда теперь тебя увижу… – Дедич отошел от нее, взглянул на Волхов. – Пока не уехала, сказать хочу…

– Что? – Мальфрид тоже посмотрела на Волхов.

Само собой вспоминалось, как она смотрела на него год назад. Когда за спиной у нее стоял белый шатер.

– Ты в обчине сказала, будто больше замуж не пойдешь.

– Сказала.

– А ты не подумала, – Дедич повернул к ней голову, – что если ты в девах останешься, то на другую весну тебе опять под костяную стрелку идти?

– Опять? – Мальфрид едва не рассмеялась. – Мне! Ты шутишь! У меня двое чад! Двое! Куда мне с девками стрелку вертеть!

– У тебя и первое дитя – из Окольного, и второе – из Волхова. А мужа ни одного. Ты – дева, – он взглянул на ее косу. – Девы ходят под стрелку. Уж такую, как ты, чудесную, что под косой месяц, на затылке звезды, во лбу солнце, господин вод снова выберет. И один раз, и другой… а то и третий. Знаешь, что тогда будет?

– Не выберет он меня! – Мальфрид даже рассердилась на такую попытку ее запугать. – Глупостей не болтай, я не дитя!

– Выберет! – Дедич уверенно взглянул ей в глаза. – Выберет, чтоб мне ясна дня не видать!

Мальфрид опешила. Уж больно уверенно он предсказывает то, что зависит лишь от воли богов! Она стала вспоминать, как происходит выбор… Вот нарядные девы стоят в кругу, вот стрелка лежит на белом платке. Как это было в первый раз: вот Весень… нет, Весень только положила золотое кольцо на платок и призвала богов помочь. Дедич вращал стрелку! И в первый раз, и во второй!