– Ерунда.

– Нет, расскажи мне.

Он покачал головой.

– Не могу. Слишком сложно. Прямо сейчас… я просто хочу знать, что все происходит на самом деле.

Мое сердце разрывалось от боли и надежды, прозвучавших в этих словах. Таким образом проявлялись отголоски прошлого Ника и того, как люди избегали его вместо того, чтобы принять.

Я положила руки по обе стороны от его лица.

– Все хорошо, Ник. Впервые за много лет я знаю, чего хочу. Раньше я не могла понять собственное сердце, меня душил страх, и я чуть не погибла. Но теперь нет.

– Я многого тебе не рассказал, – признался он. – О провидении…

– Да, – произнесла я. – Имею в виду, что сейчас я испытываю любовь. – Я едва сдерживала слезы, которые намеревались выплеснуться, но мне требовалось договорить. – Я люблю тебя, Николай Алексей. Люблю тебя.

Ник тяжело сглотнул, и я почувствовала, как он изо всех сил пытается сохранить контроль. Он посмотрел на меня пристальным и полным надежды взглядом, словно не мог поверить в услышанное. А когда до него дошел смысл мной слов, Ник зажмурился и прижался к моему лбу.

– Скажи это еще раз, – прошептал он.

Держа его лицо в ладонях, касаясь губами его губ, я прошептала:

– Я люблю тебя, Ник. Влюблена в тебя. Судя по всему, уже давно. Я просто не доверяла себе и не осознавала, что это реально.

Ник в замешательстве поднял голову.

– Я не понимал этого раньше. Не знал. Так красиво… но услышав твои слова… – Он уставился на меня, в его глазах застыли слезы. – Не я беру то, что мне нужно. Это ты даешь мне необходимое.

– Да, – прерывисто прошептала я. – Люблю тебя, Ник, каждой частичкой своей души.

Обхватив мое лицо руками, он вытер мои слезы большими пальцами.

– Я люблю тебя, – хрипло признался он. – Фиона, я люблю тебя так сильно, что мне кажется, будто я любил тебя всегда. Я буду любить тебя и после смерти. – Со страдальческим выражением лица он покачал головой. – Не знаю, как еще объяснить, почему ты даешь мне такой покой. С первой нашей встречи.

Я прижалась щекой к его руке.

– Я чувствую то же самое, Ник. Как будто мы всегда знали друг друга. Иначе как объяснить ощущение, что все так, как и должно быть?