Я молчал. Больше не требовалось слов. Я снял с него кожу, обнажив его трусость, и Стив знал это, потому и прятал взгляд. А потом уставился на меня подобно желающему сбежать животному.

– Она моя, – хрипло сказал он. Поправил воротник и попятился к своей машине, не сводя с меня глаз. – Моя жена…

От этих отвратительных слов я сжал кулак.

– Больше нет.

Глаза Стива широко распахнулись.

– Ты не можешь просто… забрать ее у меня.

– Она не чертова собственность, – процедил я сквозь стиснутые зубы. – И если я когда-нибудь снова увижу тебя рядом с ней, то не буду столь мил, как сегодня.

Челюсть Стива беззвучно двигалась, и я подумал, что он сейчас заплачет. Он взял себя в руки и плюнул мне под ноги.

– Пошел ты. Думаешь, ты крутой? Иди к…

Сжав кулаки, я бросился в его сторону. Стив попятился назад и споткнулся о собственные ноги. Он с глухим звуком упал в грязь, и рядом не оказалось Фионы, чтобы поднять его.

Наконец он встал на ноги, осторожно забрался седан и уехал. Как только его машина скрылась из виду, я оперся рукой о стену, глубоко дыша и старясь успокоить подкатившую к горлу тошноту. События последних двух недель грозили обрушиться на меня, но я взял себя в руки и оттолкнулся от стены.

Я вернулся к «бонневиллю», сел и принялся ждать Фиону. Когда раздался звук открывающейся створки, я находился в десяти шагах от нее. Обернулся как раз в тот момент, когда полностью взошло солнце. Офицер придержал дверь, и из нее вышла Фиона.

Вроде она оставалась все той же, но все-таки что-то изменилось. Она выглядела немного выше. Цвета вокруг нее стали ярче. Я понял, что люблю ее. Никогда в жизни никого так не любил, как Фиону в тот момент, когда она шагнула из тени на солнце.

Глава 31 Фиона

Глава 31

Фиона

Я покинула тюрьму в джинсах не по размеру, выцветшей желтой футболке и сандалиях, которые надела в то утро, когда выходила из квартиры после вечеринки у Нейта и Гриффа. Платье не пережило моего заточения. На руке болталась пустая сумка. Сотрудник тюрьмы дал мне пятнадцать долларов на автобус. Мои фальшивые водительские права конфисковали, а ключи от квартиры пропали. Мне некуда было идти. У меня ничего не было.

«Все будет в порядке», – подбодрила себя.

Я улыбнулась придерживающему дверь надзирателю и вышла на улицу, навстречу свободе.