Я не собиралась спорить, поэтому попросила его забрать меня в семь. Он высадил меня в кампусе и собирался поцеловать в губы, но я рефлекторно отвернулась, и его губы мягко коснулись моей щеки. Я вышла, прежде чем он успел мне что-либо сказать. Мне все еще было трудно притворяться, что ничего не произошло. Что я точно знаю о поцелуях Николаса Лейстера, так это то, что они могут вызывать привыкание… а я не желала этого.

Было странно возвращаться к рутине. Казалось, никто ничего не замечал, и вскоре я смогла притвориться, что все стало по-прежнему. Это было похоже на жизнь во лжи. Я болтала с одноклассниками, объясняла учителям, что болела, а когда пришла на работу, почти и не вспомнила, что беременна. Компания была небольшой, и я обнаружила, что моя роль там почти идентична той, что была в «ЛРБ». А коллеги оказались просто чудесными.

Мне нравилось снова чувствовать себя собой, просто Ноа, а не киндер-яйцом с сюрпризом.

К концу дня я устала, это было ощущением, от которого я отвыкла, проводя целые дни в постели. Силы, казалось, иссякли, поэтому, когда я увидела, что Ник ждет меня, я была благодарна, что мне не нужно самой вести машину.

– Как прошел день? – спросил он уже в машине.

– Очень хорошо. Никто ничего не заметил, – я казалась слишком довольной этим фактом, но проигнорировала хмурый взгляд Ника.

Наступила тишина, и через несколько минут Ник нарушил ее, чтобы сказать мне кое-что, от чего я сразу же напряглась.

– Я уеду из Нью-Йорка. Продам квартиру и перееду к тебе.

– Что? – сказала я, недоверчиво глядя на него. У Николаса в Нью-Йорке была вся его жизнь, работа, будущее, все…

– Ты не рада? – спросил он растерянно, взяв меня за подбородок, чтобы посмотреть в глаза.

Я повернулась, чтобы он меня отпустил.

– Не стоит принимать подобные решения поспешно. Думаешь, что все решено, что мы можем снова сойтись, как будто ничего и не было, но реальность такова, что в прошлый раз мы уничтожили друг друга. С чего ты взял, что мы теперь готовы начать с нуля?

– У нас будет ребенок, Ноа, – ответил он, подражая моему тону.

– Это недостаточно веская причина, чтобы расставаться с жизнью, к которой привык. Ты форсируешь события, а я не хочу, чтобы ты потом жалел.

Николас покачал головой и выругался.

– Я хочу попробовать еще раз, уверен, теперь все получится… Чего ты от меня хочешь? Я делаю, что должен… Думал, ты будешь рада.

– Точно: ты делаешь, что должен, а не что хочешь.