— Говорю, как есть, Арин, а дальше сама думай. Но если с кем-то еще, то значит, не со мной. Делить и закрывать глаза не стану. Ты знаешь.

— Гордей, что ты такое говоришь!

Краснеет натурально, а я и сам не знаю, что сейчас несу. Уже завелся. Накатывает…

Черт.

Только вчера мы снова разговаривали о свадьбе. Лежали, обнявшись, расслабленные после жаркого секса, и планировали. Но стоило только появиться рядом с ней другому, как меня просто клинит и заносит.

— В любом случае я не собиралась ничего подписывать, не посоветовавшись с тобой, — говорит Арина.

Бельчонок все еще пытается вести себя спокойно, хотя я вижу, обижена и взвинчена. На лице отчетливо проступает тень отчаяния.

— Извини, — иду я на попятную. — Просто я… ревную тебя. Жесть, как ревную, Арин. С ума схожу, что ты все еще не моя жена. Было бы, знаешь, спокойнее.

Не намного, ведь измены и разводы никто не отменял, но для нас просто в разы надежнее.

— Еще совсем немного, Гордей, я и сама жду не дождусь. В горы на медовый месяц. Вместе и только вдвоем.

Я улыбаюсь уже чуть ласковей, Арина понемногу оттаивает.

— Работа на сегодня закончена? — спрашиваю я нейтральное.

— Да, и, раз уж ты здесь, отвезешь меня домой?

Ее тон почти шутлив, в нем даже немного проскальзывает кокетство.

— Само собой, — говорю я.

А дома буду трахать дольше обычного. И сходить с ума от того, что не могу бесконечно кончать в тебя.

Расплачиваюсь, потому что не позволю какому-то хрену платить за свою девушку. Пусть лучше у официанта будут двойные чаевые. А потом веду Бельчонка к машине, чуть приобняв за талию.

Прежде чем усадить в салон задерживаю, и жарко целую в губы.

***

Едем домой, неспешно болтая о работе, но рука моя то и дело соскальзывает с руля на ее колено. А едва переступаем порог, Арина льнет ко мне.