– За убийство моих сыновей? – резко спросила мать.

– За захват не принадлежавшего ему по праву трона, – ответил Дерби. – Принцы особо не упомянуты в Акте о лишении прав и состояния Ричарда, но там есть обвинения в убийствах и пролитии крови детей.

– Это очень странно, – промолвила королева, и краска сошла с ее лица. – Учитывая, что мои дети вновь объявлены законными, можно было бы ожидать от парламента публичного объявления об их смерти для исключения всяких сомнений в том, что Елизавета – истинная наследница Йорков.

Последовала долгая пауза.

– Мадам, – сказала леди Маргарет, – нет доказательств того, что они убиты, и, пока не появятся подтверждения, лучше не привлекать внимания к исчезновению принцев. Вы же понимаете это?

– Тогда где они?! – вскричала мать.

– Король пытается это выяснить, – спокойно произнесла Маргарет. – По его приказу весь Тауэр обыскали. Принцев там нет. Мы полагаем, что Бекингем, а не Ричард похитил их и убил.

Мать выглядела крайне расстроенной:

– Король не прекратит розыски?

– Нет. Это близко касается всех.

– Значит, они могут быть еще живы?

– Я бы не стала разжигать в вас надежды, – мягко сказала Маргарет и положила ладонь на руку королевы.

Елизавета опустила глаза. Мать Генриха была еще одним человеком, помимо него самого, кому не хотелось бы, чтобы принцев нашли.

– Я вам говорила! – сказала мать позже. – Он не собирается носить корону по праву своей жены. Его вполне устраивает ее узурпация!

– Ш-ш-ш, матушка! Это измена!

– И кто здесь настоящий изменник?

Елизавета покачала головой:

– Прошу вас, не осложняйте ситуацию.

Однако никакие ее слова не могли унять гнев королевы, и, по правде говоря, Елизавета была согласна с нею. Но что тут поделаешь?