Елизавета покраснела. Обрадованная мать сжала ее руку.

– Я возьму на себя смелость передать его милости, – сказал Дерби, лучась улыбкой, – что вы желаете выйти за него из любви и привязанности.

– Да, – ответила Елизавета, – я верю, что мы с ним заодно.

– Это достойно тоста! – провозгласила Маргарет и подала знак слуге налить всем еще вина. – Скоро королевство будет торжествовать, так как люди понимают: ваш брак положит конец войне. За Елизавету, нашу будущую королеву!

Все подняли кубки.

С этого дня Елизавета стала пользоваться всеобщим почтением, словно уже стала королевой Англии. Ей вспоминались те далекие времена, когда с нею обращались как с будущей дофиной Франции. Но теперь ее ждало гораздо более славное будущее.

Все спешно принялись за подготовку к свадьбе, которая должна была состояться под парящими в вышине прекрасными сводами церкви Святого Стефана. При мысли об этом у Елизаветы защемило сердце, ведь именно там почти восемь лет назад состоялось венчание ее брата Йорка. Наблюдая, как подгоняют на сестрах платья, она подумала: вот было бы здорово, если бы ее братья находились здесь и могли видеть, как она выходит замуж.

Несколько раз в Колдхарбор приезжал Генрих. В первый раз он распорядился, чтобы их с Елизаветой оставили наедине, после чего обнял ее и поцеловал, как любовник.

– Осталось недолго, cariad, – сказал он. – Я велел устроить турниры, чтобы отпраздновать нашу свадьбу, и заказал новую кровать. – Елизавета залилась краской: скоро она познает Генриха во всех смыслах. По коже у нее побежали мурашки. Король улыбнулся ей и снова поцеловал. – Как только снимут рождественские гирлянды, дворец начнут украшать к нашей свадьбе. Надеюсь, у вас есть все необходимое?

– Мне нужны только вы, Генрих, – ответила Елизавета и переплела свои руки с его руками.

Рождество прошло очень весело, как одно длинное празднество. Стол у леди Маргарет ломился от яств, устраивали игры в жмурки, прятки и фанты, а также маскарады, вино лилось рекой, и от выходок шута Елизаветы Патча все хохотали до изнеможения, надрывая бока. Генрих и Елизавета вели гостей в танце первой парой, приятно было видеть, как веселятся ее мать и сестры, разделяя общее радостное настроение. Сама Елизавета была центром праздничных торжеств – невеста короля, надежда Англии, молодая и сияющая от счастья. Генрих без конца повторял, как сильно любит ее. Ей было за что благодарить Господа.

После Богоявления король приехал снова, Елизавета подала ему кларет в покоях своей матери.

– Будь на то воля Божья, разрешение нам дадут очень скоро, – сказал ей Генрих. – Я проинструктировал своего посла в Ватикане, чтобы тот восхвалял вашу красоту и добродетель в официальном обращении к его святейшеству, который обязательно одобрит наш брак. Однако, Бесси, папский легат, находящийся здесь, сказал мне, что, если мы обратимся с прошением к нему, он может дать разрешение от имени папы, и это избавит нас от необходимости ждать, пока утвержденное папой согласие доставят из Рима. Что вы скажете? Как мы поступим? Обратимся к легату?