В тот вечер по настоянию Елизаветы они ужинали у окна, в эркере великолепного главного холла, где поставили стол; теперь можно было отпраздновать победу по-королевски, подняв тосты за Генриха и его великолепный триумф.

Глава 15

1487–1490 годы

Елизавета устроилась с вышивкой на скамье в оконной нише высоко в главной башне. Это стало ее любимым местом, оттуда были видны гейтхаус и длинная дорога, ведущая к замку. Она сидела там каждый день и ловила малейшие признаки того, что кто-то едет. Сегодня ее едва сдерживаемое нетерпение было вознаграждено, так как она увидела вдалеке колонну всадников с развевающимися знаменами. И впереди – королевский штандарт!

Елизавета слетела вниз по винтовой лестнице, спотыкаясь второпях и крича всем, кто мог ее слышать, что король едет, на всех парусах промчалась по двору в королевские апартаменты, где размещались Маргарет и Артур, всполошила обоих и схватила в охапку сына. К моменту, когда Генрих под стук копыт въезжал под арку гейтхауса, она уже ждала его во дворе. Завидев супругу, король соскочил с седла, обнял ее и жарко поцеловал на глазах у своих спутников и придворных, которые сбежались отовсюду встречать его. Елизавета не могла оторвать глаз от мужа, она упивалась этим зрелищем, а он приветствовал своего сынишку, широко распахнувшего глазенки.

– Добро пожаловать, мой герой! – воскликнула Елизавета под взрыв приветственных криков, огласивших двор замка.

Затем настал черед Маргарет, она обняла Генриха, обливаясь слезами радости.

– Вы отлично управились! Молодец! – похвалила она сына.

Елизавета приказала подать ужин в главном холле. Когда соратники короля рассаживались за столы как почетные гости, звучали фанфары.

– Благодарение Господу, я опять одолел своих врагов, – торжественно произнес Генрих, – и наш прекрасный сын в добром здравии. Теперь мой трон надежен как никогда.

– И Линкольн заплатил за измену, – вставила Маргарет, изящно разрезая мясо на своей тарелке.

– Мы все счастливо избавились от этого вероломного темного графа, – отозвался Генрих. – Мне жаль лишь одного: что он лишил палача работы, а меня – шанса сделать из предателя поучительный пример.

– Его бесчестье уже наверняка стало печально известным, – заметил граф Оксфорд. Он был главнокомандующим Генриха в битве при Стоук-филде.

– А что с Симнелом? – поинтересовалась Елизавета. – Как вы с ним поступите?

– Ему всего двенадцать лет, – ответил Генрих и осушил кубок. – Я не воюю с детьми. К тому же он стал орудием в чужих руках. Я отправлю его работать на своей кухне. Это лишит паренька всяких глупых мыслей о собственной важности.