— Да, и я безмерно этому рад. Но…

Не заканчивая свою мысль, мы слышим, как громко раздается звук ворот и входит Джексон, говоря нам:

— Вы меня заждались? — уверенно спрашивает он.

В его руках огромный черный чехол.

— Где ты был? — спрашивает Питер, начиная шутить над ним.

— Сейчас узнаете.

Он подходит к моим родителям и к родителям Ритчелл, сообщая им просьбу сесть за стол. Все слушают его просьбу, и Джексон направляется к сцене.

— Что все это значит? — с недоумением спрашивает у меня Ритчелл, и я пожимаю плечами.

— Он что-то задумал, — отрезает Питер. — Думаю, сейчас начнется мщение за то, что я танцевал с Милой.

— Не думаю, Питер. Вы же все уладили с ним?

— Громко сказано…

Я напугана, так как не желаю, чтобы мои родители видели, как Питер и Джексон из-за меня ругаются между собой. Мой папа тогда сойдет с ума, наблюдая, как два парня не могут поделить его одну единственную, согласно словам папы, малышку-дочь.

— О, боже. Надеюсь, что все это не превратится в конфликт, — произношу я Питеру и Ритчелл.

Джексон берет микрофон, и в отсутствии стеснения, скованности, уверенно и громко произносит:

— Я хочу сейчас присоединиться ко всем, кто показывал нам сегодня свои творческие способности и спеть авторскую песню, раскрывая вам мой небольшой талант.

— Что? — выпаливаю вслух я, не понимая, что значит его слова «раскрыть небольшой талант».

— Мил, так он поет что ли? — разводит руками Ритчелл.

— Ритчелл, я никогда не слышала, как он поет.

Питер начинает закатываться в смехе, Ритчелл пинает его ногу под столом, чтобы он угомонился.

— Больно!