Вспоминать о тебе с любовью, моя любимая девчонка.

Ведь ты — мой ангел-хранитель,

Мой луч солнца, пронзающий сердце мое,

И к чему бы, не привели наши дороги жизни, события,

Моя любовь не угаснет, поверь, пока я — живой…

Я воспроизвожу его ласкательный, безнадежный, взволнованный, грустный голос, читающий строки, взирая на него, и ухожу в свои мысли. Эти слова… Питер… Для Питера последний час со мной — целая жизнь. Как же трогательно… Слезы градом. Словно Питер создан для тебя того, чтобы любить меня. Внутри меня — крики, вопли, война чувств.

Стою в раздумье. Вот же жизнь… череда противоречий. Даже любя, мы уходим, сбегаем на вечность, которая равняется всего лишь нескольким десяткам лет…

Я касаюсь его руки, и понимаю, что это в последний раз. Мы использовали возможность. Мы исчерпали все. Мы насытили каждого воспоминанием, а на большее — нет шанса, не предоставила его нам Вселенная…

— Питер, — воплю я от его строк, вынимая наушники, — и я тебя люблю… Эти слова… Спасибо… Я… я… Ты для меня близкий человек.

Секунда, другая… Мы стоим и смотрим, перебирая в памяти события, ставшие для нас — солнцем, ярким, теплым, летним…

— Мы получается же брат и сестра, да? — выдавливает через внутреннюю боль Питер. Я боюсь представить, что он чувствует, говоря мне эти слова.

— Всегда мечтала о старшем брате! — старюсь улыбнуться я.

— А я о младшей сестре! — притворяется Питер.

— Правда? — смеюсь и плачу я.

— Милана, — кричит нам мама, — идём на посадку.

— Секунду, мам.

Мое сердце насчитывает в этот момент пульс свыше 100 ударов в минуту.

— Будем поддерживать общение? — быстро вырывается из уст Питера на слова мамы. — Я не смогу без него, — нежно произносит он, убирая слезы с моих щек.

— Да… но, я думаю, расстояние нам тоже необходимо.