Но не тут-то было! Маленькая очередь двигалась почему-то изнурительно медленно. Сотрудница возилась с документами. Наводила справки, уходила и приходила. Словом, прошло добрых полчаса, пока они добрались до цели.

– Господа, покажите, пожалуйста, вашу ручную кладь, – попросила девушка за стойкой, когда Пётр поставил на транспортёр чемоданы -один большой, другой поменьше – и они покатились по широкой ленте в пасть приёмника.

У обоих сотрудников агентства через плечо были надеты чёрные фирменные сумки, сделанные на заказ, с эмблемой: «Ирбис». Синице они нравились чрезвычайно – удобные, лёгкие, с множеством отделений. Это была его идея, и он ими очень гордился. Кроме того, Пётр нёс свой ноутбук, с которым он не любил расставаться, а крошечная Лукерья, наслышанная о дождливом лондонском климате, – длинный элегантный серебристый в тон чемодану зонтик-тросточку едва ли не выше её самой. Не ожидая ничего дурного, они продемонстрировали своё имущество.

– У каждого из вас по два предмета! Но наша компания разрешает, к сожалению, только один. Кроме того, такой зонтик нельзя взять в салон самолёта. Но Вы можете сдать его как негабаритный багаж в специальное отделение. Только не забудьте о нём, когда прилетите. Его доставят отдельно вместе с такими вещами, как горные лыжи или музыкальные инструменты.

Синица выслушал эту лекцию с закипающим раздражением. Что ещё за новости! «Дешёвыми» рейсами он ещё не летал и к подобным фокусам не привык. Что теперь делать? Вещи уже уплыли, время, которого казалось достаточно, тоже уплывает.

– Слушайте, я понятия не имел. Что за новости? Все разрешают, а Вы… Давайте, я доплачу. Это хоть можно? – сердито начал он. Но Луша невозмутимо достала черный кошелёчек, отстегнула кнопку, и он превратился во вместительный мешок из жатой материи. Затем она уложила туда свою сумку и ноутбук Петра.

– Так хорошо? – подняла она свои большие и, когда надо, наивные глаза на девушку в форме.

– Отлично! – обрадовалась та. – Какая молодец Ваша девочка! Беги теперь скорее налево, сдавай свой зонтик. Там сейчас свободно.

Луша, ни слова не говоря, последовала этому совету.

– Вот ведь странно. Эта девица держала минуту назад в руках мой паспорт. Там чёрным по белому написано, сколько мне лет. Забыла сразу она или не поверила своим глазам? – дивилась маленькая Костина.

Как бы там ни было, пока суд да дело, утекло ещё четверть часа. Пора было на посадку. А когда Синица и Луша проделали все обычные процедуры раздевания-разувания, получили назад свои шмотки, Пётр надел брючный ремень и часы, а Луша застегнула куртку на молнию, пассажиров уже пригласили в самолёт.