В салоне нас приняли так, будто специально открылись сегодня только ради этого момента: нашего пришествия.

Меня окружили, аж целые три девочки и стали что-то бормотать. Я им вроде-как нравилась, и они были уверены, что тут только “немного поправить” и всё будет красиво.

А я настояла на полном пакете услуг, и чтобы даже с педикюром, маникюром и если можно шугаринг.

От покраски волос меня отговорили, хоть я и требовала.

Лев удалился, а вокруг меня начались пляски с бубном. О шугаринге пожалела почти сразу, ибо на ногах вырывать оказалось нечего, а не на ногах… ну боль словом адская.

Эти сорок минут я запомню надолго! Боль, слёзы, торг, мольбы. 

Зато вышла из кабинета новым человеком, и даже как будто не шла, а летела над полом. Меня уверили, что справились очень быстро и я вообще молодец! Хоть где-то… 

Мне накрутили локонов, я сказала, что не нравится. В итоге всё разворошили и собрали причёску. Я сказала, что это ужас. Заказали цветочный венок у флористов с доставкой, пока ждали делали ногти.

Ой! Лампу задела.

Ой! Пальчик не просох.

Ой… красный? Я хотела белый!

Макияж переделали только дважды, но оттого, что мне правда до безумия понравилось то, что вышло. И когда на часах минуло три дня, и мне даже принесли поесть, в салон ворвался Лев.

Раскрасневшийся от мороза, со снегом в волосах.

Я поймала его отражение в зеркале и мысленно на память “щёлкнула”. Он казался таким счастливым… будто ему всё это и правда нравится, и это всё не просто “слабо”, а он действительно собрался жениться.

— Ну что? Готова?

— А что, время поджимает?

Если честно, у меня всё поджимало. До семи времени вагон, а таскаться по магазинам уже не казалось хорошей идеей.

Я устала, спина болела, голод мой не утолил пресный бургер. 

— Нет, нет, — сколько угодно, — улыбнулся Лев, а потом отступил, оценивающе глядя на меня.