– Можешь. – Джесс вытащила соломинку из ди-спенсера, стоявшего возле кассы. – Я пришлю тебе ссылку на JustGiving. И обязательно приходи посмотреть на заплыв перед тем, как отправишься вместе с Тилли наслаждаться рождественской трапезой.

– Не беспокойся. Я обязательно приду. – Джо улыбнулась. Она не хотела, чтобы кто-то знал, что ей некуда идти в Рождество. Не хотела, чтобы кто-то менял свои планы из жалости к ней. Никому не нужно ничего знать. Ее бабушка и дедушка точно ничего не узнали. У нее будет одинокое Рождество, но она это переживет. – Пойду-ка я, пожалуй, в кухню и начну готовить.

– Я убегаю, а то вдруг ты попытаешься заставить меня съесть эти зеленые штуки, которые ты продолжаешь добавлять в салат… Они ужасны.

– Брюссельская капуста восхитительна! – крикнула Джо ей вслед. Джесс обернулась на пороге и подняла свой стакан, как будто говоря «будь здорова!».

Пришло время заняться сконами. Обслуживая посетителей, Джо успела в перерывах порезать тыкву и переложить ее в кастрюлю, чтобы потушить. Она отмерила пахту, приготовила липкое тесто. Пока тыква остывала, Джо приготовила другие блюда и записала их все на меловой доске. Пришла Мелисса. Она пожаловалась на то, что на почте просто сумасшедший дом и от этого у нее разболелась голова. Заглянула Хиль-да, чтобы взять порцию зимнего салата на ланч и напомнить, что «Фондю по вторникам» должно стать традиционным. Джеф и Вэлери устроились за столиком на улице, завернувшись в одно одеяло. Они пили лат-те с корицей и разговаривали. Посетители приходили и уходили, дела шли хорошо, и к тому моменту, когда во второй половине дня вернулся Стив с инструментами и починил шкафчик, Джо даже хватило времени испечь первую партию сладких пирожков в этом сезоне.

– Осторожно, они горячие, – предупредила она Стива, но тот уже вонзил зубы в пирожок, и его расширившиеся глаза и пар, выходящий у него изо рта, ее рассмешили.

– Ты жестокая, – сказал Стив, когда наконец смог прожевать кусок пирожка.

– Я пыталась тебя предупредить. И ты не дождался коньячного масла, которое я убрала в холодильник.

– Уверен, это не последний сладкий пирожок в моей жизни, так что коньячное масло в другой раз. – Он взял свой ящик с инструментами. – Ты можешь поверить, что это твое первое Рождество в кафе?

– Не могу. – Джо прислонилась к шкафчику. Она уже почти год работала на себя, а не на кого-то другого, справилась с хаосом первых дней и вечной занятостью.

– Подумать только, когда ты только приехала, ты боялась, удастся ли тебе справиться с наплывом посетителей в летние месяцы. – Стив спокойно отправил себе в рот остаток пирожка, благо тот уже остыл. – Я бы сказал, что нет ничего такого, с чем бы ты не справилась. А что бы ты изменила, если бы могла?