Чейз всегда смеялся и говорил, что скоро наши дети будут шуметь. Честная оценка. Особенно, если наши дети были чем-то похожи на него — судя по тому, что сказала его мать, у меня были заняты руки.

Или, может быть, наши дети стали бы тихими и прилежными, как я в детстве. Но, вероятно, нет.

— Ты брала перерыв? — повторил Чейз, подняв темные брови.

— Да, я сделала несколько перерывов в учебе между ними.

Он сузил глаза.

— Ага.

Чейз, все еще стоявший в дверном проеме, принял душ после тренировки и был одет в облегающую черную футболку и новые джинсы. Я, с другой стороны, была босиком в черных штанах для йоги и случайной розовой майке, с растрепанными волнистыми волосами. Он держал мой подарок на день рождения в секрете, но независимо от того, что это было, моя текущая ситуация с прической и одеждой, вероятно, не подходила ему.

Я бросила на него извиняющийся взгляд и встала. — Можешь ли ьы дать мне несколько минут, чтобы переодеться? Я в беспорядке.

— Ты выглядишь мило. — Он встал передо мной и положил руки мне на талию, наклоняясь для короткого поцелуя. — Но мне все равно нужно взять что-нибудь поесть.

Ничего удивительного. Мужчина всегда ел. Наш счет за продукты был астрономическим.

— Ока…

Вместо того, чтобы отпустить меня, он наклонил голову, схватил меня за губы и снова поцеловал, глубже. Я впилась кончиками пальцев в его плечи, мое дыхание стало поверхностным. Как только я начала теряться в поцелуе, он отстранился, бросив на меня понимающий взгляд. Если бы мы продолжали идти, мы бы не выходили из дома в ближайшее время, если бы вообще выходили.

— Сейчас, — сказал он, выводя меня из кабинета в коридор. — Иди готовься. Я даю тебе пятнадцать минут.

Он шлепнул меня по заднице, прежде чем повернуться и уйти.

Я сделала паузу на мгновение, мой сгоревший мозг пытался наверстать упущенное после поцелуя и целого дня учебы. Только когда он скрылся из виду, я вспомнила свой вопрос.

— Не могли бы вы подсказать, как одеться? — Я сказала.

Его голос эхом разносился по кухне.

— Надень штаны.