Мы успели переброситься всего парой слов, неожиданно, один малыш раскряхтелся, Ринат поспешил взять его на руки. Прижал к груди. Меня умилила эта картина. Наверно потому, что он — мужчина, совершенно один нянчился с младенцами. А где же их мать?

— Кажется у карапуза колики, — подсказала я.

Ринат похлопал кроху по спине, а он вдруг вздрогнул и срыгнул. И прямо на щепетильно отутюженный, наверняка баснословно дорогой костюм родственника мэра.

— Тимоха, ну ты… Замечательно!

Малыш посмотрел на мужчину абсолютно невинными глазёнками, а потом улыбнулся, надув щечки.

Мы с Тимуром с трудом сдержали смех.

— Это к деньгам! — обрадовался Тимур.

— Давайте я вам помогу.

Сердце тает от умиления, когда я вижу мужчину с коляской. Жаль, что время не отмотать назад, нам с Тимуром этот период не вернуть, но кто знает, что нас ждёт дальше. А я мечтаю о дочке. Моим демонятам точно не помешает сестрёнка, которая бы смогла их умело построить, а они бы стали её верными защитниками. У сыновей однозначно начало бы формироваться чувство ответственности.

Пока я беру на руки малыша, успокаивая его, Ринат салфетками чистит костюм.

— Какие лапочки! Как их зовут?

— Таисия и Тимофей.

— Близнецы?

— Да.

— Ты один с ними здесь, что ли? А где их мать? — удивлённо спрашивает Тимур.

— Не спрашивай! — хмурясь, махнул рукой. — Скинула крепышей на меня, а сама сбежала!

— Ого! — я изумилась.

— Долгая история, немного позже расскажу. Прошу меня простить, — Ринат, забрал у меня мальчишку, посадив его обратно в коляску. — Мне нужно в уборную! Поменять её Высочеству принцессе Таисии памперс.

Малышка, такая смешная, в розовом бодике с пышной юбочкой, с рисунком короны на груди, надув щёчки, сидела и пыжилась, покряхтывая. Меня опять накрыла ностальгия. Мои демонята ведь тоже были такими сладкими пупсёнышами. Как вспомню это время, столько эмоций всплывает. Вот бы хоть на минуту вернуть эти сладкие моменты, или повторить, но уже, чтобы рядом был их любящий папа.

Ринату Уварову можно дать звание отец года.