– Ты веришь, что смогла это сделать? – спрашивает Ник. – Объехать вокруг света – меньше чем за восемьдесят дней?

– Мы сделали это вместе, – поправляю его я. – Я бы никогда не выбралась из Суэца, если бы ты не нашел вертолет.

– Потратив все наши деньги, – фыркает он. – Нам повезло, что Тереза не заартачилась.

Я прижимаюсь к нему.

– Мне вообще повезло. Я должна была стремиться опередить тебя, но постоянно отвлекалась. То африканские беженцы, то протесты аборигенов в Канаде, то эти киты… Как тут сконцентрируешься?

Он обнимает меня еще крепче.

– Это тоже важно. Чему мы научились, кого встретили. Вот ты можешь сейчас представить, что не знакома с Сумайей?

– Нет, – смеюсь я. – Об этом я и говорю. Я счастлива, что мы ее встретили. Стали частью ее жизни.

У него в груди закипает смех.

– А я счастлив, что мы пережили тот полет с Клаханом.

– Я тоже. И все эти вертолеты, корабли и поезда.

– А помнишь рикшу в Колкате?

– А канатную дорогу в Альпах?

– Это я пропустил. Я перелетел через горы на воздушном шаре.

Я громко хохочу, вспомнив зависший над гондолой разноцветный шар.

– Ты победила даже Томми, – ухмыляется Доминик. – А значит, для тебя нет ничего невозможного.

– Не обманывай себя, не такая уж я всемогущая. Тем не менее я научилась мириться с беспорядком. В некоторых случаях.

Томми в витрине облокачивает книгу на глобус. Ник молчит, и я чувствую у себя в волосах его теплое дыхание.

– Понятно, – говорит наконец он, – только я хочу кое-что спросить. Это того стоило? Ты вернулась домой с пустыми руками, измученная, и…

– С тремя швами, которых не было раньше, – подхватываю я.