– Долго еще? – подчеркнуто игнорируя его извинения, интересуюсь я. Однако пока я шла сюда, успела его простить. Я остыла, но ему об этом знать необязательно. Пока необязательно.

– Алекс, – вновь окликает виноватый голос, но я не поддаюсь.

Как только замок отворяется, бесцеремонно расталкиваю Игоря и вхожу. Он за мной. Направляюсь на кухню, достаю холодную воду из холодильника, пью.

– Ты заболеешь, – предупреждает он, напряженно положив ладони на край кухонного стола.

– Плевать. Я хочу пить.

– Как ребенок, честное слово.

– А я и есть ребенок. Человек никогда не перестает быть ребенком, веришь, нет? – вновь завожусь я, яростно сжимая в руке бутылку, после чего добавляю с сарказмом: –Хотя нет, ты исключение. Ты самый что ни на есть взрослый. Ни капли ребячества. Одни взрослые и мужские поступки. Заставлять человека делать то, что ему не хочется и тем более страшно, – настоящий взрослый поступок. Так держать, Игорь. Так держать! – Ставлю помятую бутылку обратно и направляюсь в ванную.

– Алекс, я был не прав, признаю. – Игорь идет следом.

– То-то же, – и захлопываю дверь прямо перед его носом.

– Алекс.

– Выйду через час – поговорим, – отзываюсь я, энергично избавляясь от одежды, полная решимости срочно встать под холодный душ, чтобы охладить пыл, а после прямиком в горячую ванну – расслабиться и успокоить душу.

– Хорошо, – угрюмо доносится за дверью, а затем Игорь уходит…

Оборачиваюсь в полотенце, открываю дверь и тут же – на полу – обнаруживаю крохотный лепесточек розы. Опускаюсь, беру ее во влажные руки. Не понимаю, откуда он здесь? После закрываю дверь, и внезапно передо мной открывается потрясающе сконструированная модель красной ковровой дорожки: сотни, а-то и тысячи рубиновых лепестков ждут свою хозяйку. Что здесь происходит? Бархатные, нежные «рубины» ведут меня по ступенькам на второй этаж. Аккуратно ступаю по ним – до чего же приятные на ощупь! Лепестки приводят меня в спальню, посреди которой – Игорь, снова в сексуальной белой рубашке и брюках, с огромным букетом алых роз. Окна зашторены, а по полу рассыпаны огни: десятки маленьких свечей, которые так и манят к себе ладонь – ощутить, почувствовать их тепло. Осторожно, не обожгись, твердит внутренний голос.

– Что это? – от неожиданности я теряюсь. И что хуже – не узнаю свой голос.

– Розы. Ровно сто одна, – улыбается Игорь, вручая мне тяжеленную охапку цветов. Растерянно гляжу на букет, принюхиваюсь. Аромат бесподобен!

– Я вижу, но… почему? – и поднимаю на него растерянный взгляд.

Похоже, мой мозг отключился.

– Потому что я тебя люблю и… прости меня. – Игорь поджимает губы, а в глазах, необычайно синих благодаря специфическому освещению комнаты, отражается сожаление.