– Если вы выяснили, кому принадлежит этот прибор, то должны были и узнать его предназначение. Я умираю, так что сейчас не имеет никакого значения, как именно это произойдет. Думаете, человек, который всю жизнь борется со смертью, может бояться способа, как это случится? Но даже не это самое забавное….

– Тогда что же? – нетерпеливо спросил преступник, чуть ли не кусая меня за губы, уж так близко находился этот человек.

– Вы и правда думали, что я не предусмотрела этого развития событий? Мне угрожают каждый день чем-то подобным, а порой и того хуже. Так что, есть козырь в рукаве, на случай, если кто-то решит похитить меня среди бела дня. Итак, я должна сообщать подчиненным о своем местонахождении каждые два с половиной часа. Если этого не произошло, то значит, со мной что-то случилось. А раз, этим вечером я должна была встретиться только с вами, значит, на встрече пошло что-то не по плану. Соответственно, у них есть распоряжение отправить материалы в печать и опубликовать во всех известных журналах компрометирующие вас факты. Интересно-интересно, сколько уже прошло времени? – усмехнулась я, продолжая непрерывно смотреть ему в глаза.

Сейчас было важно, чтобы Павоне не раскусил этот блеф и пошел у меня на поводу. Если вдруг удастся выторговать себе свободу и телефон, то появлялся призрачный шанс на спасение. Поэтому ни одна мышца лица не должна была предательски дрогнуть, чтобы не выдать ложь в самый ответственный момент. На самом деле, я знать не знала, того, что там обычно говорил Хиро, когда оказывался в подобных ситуациях и оказывался ли вообще? Однако, сейчас единственное, что я могла сделать – импровизировать и до последнего добиваться своего, чего в обычной жизни, я никогда не делала. Даже когда мерзкие журналисты использовали мой труд на благо себя, когда годами скрывалась в своей маленькой квартирке, когда раз за разом откладывала свои статьи в ящик – все было направленно против самой себя. Однако перед страхом смерти, пришла небывалая уверенность, и можно было позволить любую шалость, чтобы отстоять свои права. Ведь если я сейчас сдамся, то меня может и не быть.

Продолжая неотрывно смотреть хищнику в глаза, желая подавить его бдительность, я молчала. А Кристиано, кажется, начал сомневаться. Самодовольная улыбка сошла с его губ, и тот пребывал в некоем размышлении. Я не знала, стоит ли подталкивать его, потому что не было никаких вариантов к чему все это может привести.

– Вранье, – наконец-то произнес он.

– Уверены? Тогда посмотрите историю моих вызовов. Перед тем как меня похитили, звонил один из моих помощников. Сколько времени назад это было? Тик-так, тик-так, думаю, что Нэйтон-золотце, уже ждет моего звонка. Что ж, ладно, мне-то терять нечего. Допустим, вы меня сейчас убьете, месяцем раньше или позже, какая разница, я все равно умру. А вот вы, мистер Павоне, сядете в тюрьму, на очень долгий срок, если к вашим преступлениям еще и смерть знаменитой журналистки добавят. Как там говорится? И тогда живые позавидуют мертвым…