Прошептав проклятья в молчащий телефон, я выхожу из ванной. Мне нужно срочно принять душ и привести себя в порядок. Как же не хочется отсюда уходить.

Когда я поворачиваюсь, то от неожиданности вздрагиваю.

– Как ты рано, – выдавив улыбку, говорю я.

Лиам сидит в одних боксерах на табурете возле кухонной стойки и теребит пакет быстрорастворимого кофе.

– Кто знает о нас, Вивиан? – На его лице самое серьезное выражение, которое я когда-либо видела.

С таким лицом он бывает на играх. Строгий, жесткий и невозмутимый.

Я понимаю, что он слышал мой разговор с Саймоном и понял, что я разговариваю с человеком, который прекрасно осведомлен о том, с кем я нахожусь. Сначала мне хочется соврать, но я тут же прикусываю язык.

Какой смысл скрывать?

– Саймон.

Лиам ставит локти на стойку и кладет голову на руки.

– Твою мать, Вивиан. Зачем?

– Я ничего не рассказывала, – защищаюсь я, подбежав к нему.

Он смотрит на меня несколько секунд.

– А как он узнал?

Я поправляю на себе сползающее одеяло и качаю головой.

– Он видел нас. В том переулке.

Его ноздри раздуваются от возмущения. Я понимаю, что он зол и даже напуган. Он имеет права злиться.

– Если видел он, видел кто-то еще.

Я хватаю его за руку, призывая посмотреть на меня.

– Знает только Саймон. Он ничего не расскажет. Я клянусь тебе.