– Вчера убедилась в твоих чувствах, – произносит девушка довольно спокойно, хотя по голосу слышу, что немного нервничает.

– Птичка, ну реально связь была хреновая, – я все так же опираюсь о стол рядом с Настей, не давая ей возможности даже повернуться.

Лишь смотреть в глаза, однако ее взгляд мне не нравится. И дело, как я понимаю, совсем не в драке с Измайловым или отсутствием нормальной связи вчера днем. Знать бы еще наверняка причину столь неприятного и явно показного безразличия в глазах девушки.

– А при чем здесь связь? – в ее голосе уже открыто звучит удивление, и улыбка сползает с моего лица, так как я понимаю, что ничего не понимаю. И очень хочу узнать, что же всё-таки происходит.

– Тогда объясни, что еще я успел натворить, кроме подбитого глаза Измайлова?

Я впиваюсь в девушку взглядом, желая услышать правдивый ответ.

– Допустим, в прошлый раз Лера с Викой подстроили нашу встречу и разыграли для меня спектакль – это еще можно понять, – Настя выдает на одном дыхании, запутывая меня еще больше. – Но вчерашнее смс – это за гранью моего понимания. Зачем, Захар?

– «Я люблю тебя» – это ты называешь «за гранью понимания»? – в голове такой сумбур, что мысли отказываются складываться воедино и выдавать хоть одну стоящую идею. – И причем здесь Лера с Викой?

– А причем здесь «я люблю тебя»? – птичка округляет глаза, а я, наоборот, закрываю свои, пытаясь взять себя в руки. – Или Степанова на пороге твоей квартиры, а ты в душе – это и есть твоя любовь?

– Где я? – резко обрываю ее пламенную речь, открывая глаза и снова впиваясь в нее взглядом. – И что Вика делала на пороге моей квартиры?

– Это я бы хотела узнать у тебя, – фыркает девушка, а я в очередной раз за последние несколько минут отказываюсь воспринимать действительность.

Вот это новость! Или какой-то страшный сон! А может, глюки? Точно, именно они, родимые, потому что картинка в голове не складывается. И, чувствую, придется мне сейчас доказывать свою невиновность, так как сдаётся, что моя сестрица по какой-то неведомой мне пока причине взялась за старое. Зачем ей только это нужно – вот в чем вопрос! Но я обязательно узнаю и устрою ей райскую жизнь, которую она надолго запомнит.

Но сейчас главное заключается в другом – Настя мне не верит, а я пока до конца не понимаю, что происходит.

– Я Степанову не видел месяца четыре, если не больше, – все еще довольно сдержанно произношу, так как эмоции сейчас не самый лучший советчик. В душе еще теплится крохотная надежда, что птичка меня разыгрывает, однако с каждой секундой она тает, как снег на ярком солнце. – И вчера ее в моей квартире не было и быть не могло.