— Это был ты! Ты! Ты! — я билась кулаками о землю. — Я больше не могу молчать! Пусть об этом все узнают! Боже… Ты убил его! — я не верила, что произношу это, но не останавливалась: — Он лгал тебе! Он продолжает лгать…

Напрягшись, Саша взглянул на Рыбина.

— О чем это она? — сглотнул он, и я увидела, как задергался его кадык. — Что она такое несет?

— Зачем ты ее слушаешь, Сокол?! Она лжет! Ты ведь знаешь это! Она снова пудрит тебе мозги!

— Ты убийца! — хрипела я. — Убийца! И теперь тебя посадят!

— Захлопнись! Заткнись! Заткнись, или я сам закрой твой рот! — Вася едва держался, чтобы не покромсать меня на куски. Он был в ярости.

Саша ослабил хватку и, отпустив меня, медленно приподнялся на ноги.

— Это правда? Но ведь ты говорил мне…

— Черт, я знаю, что я тебе говорил! — бесился парень, хватаясь за голову. — Так и было! Я говорил только правду! Я никогда не лгал тебе! — отдышавшись, Рыбин указал на меня трясущимся пальцем. — Это она убила его.

Я поперхнулась его словами. По телу пробежали мурашки, а внутренности вспыхнули огнем.

— Это ложь! — прокричала я не своим голосов. Это больше походило на рев свирепого животного. — Я не делала этого! Ты оболгал меня! Мерзавец, как ты вообще мог такое сказать?

— Не притворяйся! Это ты оставалась с ним в ту ночь! Только ты могла это сделать! — Рыбин явно занервничал. — Ты сама подстрелила своего деда!

Казалось, он сомневался в собственных словах, а может, не до конца в них верил. Все логично. Это была наглая ложь. Грязная. Отвратительная. Именно, поэтому, непоколебимого главаря братства начало нешуточно потряхивать.

— Ты будешь гореть в аду, ублюдок! Теперь ты за все ответишь!

Саша тоже растерялся. Он бросал взгляд то на меня, то на Рыбина, а потом и вовсе уставился вдаль, будто многое переосмысливал.

— О, боже, — я пальцами коснулась сухих губ, — я все поняла. Я поняла. Ты все это время говорил, что там, на дамбе, я убила своего дедушку. Так? Боже, все это время ты лгал им, — мне стало дурно, я попыталась подняться. Меня кивало. Земля, казалось, вот-вот рухнет под моими ногами. — Он лгал тебе, Саша. Вот в чем дело… Поэтому ты так ко мне относился? Эта причина твоей ненависти? Ты думал, что я — убийца?

Саша не смог дать ответа, он лишь сжал кулаки. Так сильно, что послышался хруст костяшек. Я попала в точку.

— Мерзкая лгунья! Ты снова строишь из себя овцу! Мы не верим тебе! Ни одному твоему слову! Правда, друг? — с надеждой спросил Рыбин, но, когда Саша пошагал на него, тот вытянул руки вперед и стал неуклюже отстранятся. — Саня, ты чего? Ты что поверил ей? Я никого не убивал! Она блефует!