Из-за стола слышатся недовольные выкрики, призывающее нас присоединиться к застолью. Я беру парня под руку и чувствую капли растаявшего снега на коже.

– Тебе следует переодеться в торжественное.

– Я и так переоделся. Разве не нарядно? Глянь, какие носки.

Изучающе смотрю на Звягина, который прибывает в повседневном образе: кофта-балахон с подкатанными рукавами, спортивные штаны, демисезонные кроссовки, которые давно просили утилизации, но хозяин был неумолим. Для меня он всегда хорош, даже с виднеющимся на пояснице трико, поэтому я не возражаю.

Когда мы присоединяемся к пирующим, то чувствуем себя вполне комфортно. Нет неловких минуток затишья, нет недопонятых высказываний и косых взглядов, что безусловно радует. Михаил болтает с Анатолием так, будто знал его всю жизнь, Арина уплетает пресную закуску, Гена и Мадам обсуждают новые методики лечения, а Витя наполняет пластиковые стаканчики напитками: мне шампанское, себе – морс.

– Если будешь таким правильным, то быстро мне наскучишь, – подначиваю я.

– Исключено. Этого не произойдёт.

– Уверен?

– Бесспорно.

– Что? – неожиданно влезает Анатолий. – Ты без порно и дня не проживёшь!

Витя молча сжимает челюсть, но я успеваю его остудить. Сегодня не время для ссор и разборок. Мне вообще удивительно, как можно злиться на старика? Он, как и сын, совершенно открытый, прозрачный, отчего некоторые высказывания кажутся неуместными. Но это только для нас – тех, кто привык казаться тем, кем не является. Нам сложнее оставаться собой и быть кому-то неугодным, куда проще играть удобную роль и не выделяться. Звягины не обладали актерским мастерством и были самыми искренними людьми, которых мне только доводилось встречать.

– А когда принесут подарки? – спрашивает Арина, катаясь на стуле, явно обучившаяся верховой езде у дяди Вити.

– А что ты заказала? – отвечает он.

– Ничего. У меня всё есть.

– Так не бывает, мишура. В твоём возрасте всегда чего-то хочется, необязательно материального. Может, ты хочешь хорошо учиться? Или выйти замуж за единорога и перестать бояться монстра под кроватью? Поразмышляй.

Арина задумчиво водит пальцами по подбородку, а потом вскрикивает:

– Знаю! Я хочу, чтобы мальчишки из взрослой группы в бассейне перестали меня обижать и топить между тренировками.

– Понял, – кивает он, – подарю тебе кипятильник. У них не останется шансов.

– Звягин, – шиплю я и толкаю его в бок. – Загадай себе немного совести.

Время близится к полуночи. Отец и Гена розовеют в лице – позволили себе немного градусов в крови. В центре зала начинают собираться посетители клиники. Кто-то стеснительно танцует, кто-то прогуливается вдоль сцены и мило беседует – обстановка всё больше походит на праздничную. Мне невероятно комфортно.